Близкие жертв теракта в "Дольфи" просят оставить им хотя бы стену 

Вчера, в воскресенье 1 июня 2008г в Тель-Авиве состоялась торжественная церемония, посвященная памяти погибших в теракте на дискотеке "Дольфи". У памятника на тель-авивской набережной возле Дельфинариума собрались близкие и друзья погибших.
На торжественной церемонии, проходившей при участии министра абсорбции Яакова Эдри, представителей партий и общественных организаций, в этот день вновь прозвучали имена всех, кто погиб 1 июня 2001 года в одном из самых кровавых терактов за последние годы. К памятнику погибшим в "Дольфи" были возложены цветы и венки.
Среди возлагавших цветы было немало молодых людей, которые получили ранения в ту страшную ночь 7 лет назад, когда палестинский смертник взорвал себя при входе на популярную среди "русских" подростков дискотеку. В результате того взрыва погиб 21 человек, десятки были ранены.
История одной жизни: Алена Шапортова
Алена Шапортова была в числе раненых, состояние которых оценивалось как "критическое". Взрывом было сильно повреждено левое полушарие мозга. В коматозном состоянии она провела 12 дней. Врачи готовы были признать свое бессилие, но мать Алены настояла на том, чтобы девочку не отключали от аппаратов. В возможность реабилитации когнитивных функций мозга верили единицы.
Вчера Алена с матерью пришли на торжественную церемонию, чтобы поддержать родителей погибших детей, и согласилась побеседовать с корреспондентом NEWSru.co.il.
Алена, как складывается твой день?
– Лечебные процедуры. Потом Риканатти. Учусь читать-писать.
"Но на это уходит целый день, – говорит Наташа Корец, социальный работник, сотрудник центра помощи репатриантам в кризисных ситуациях СЕЛА. – То, что это девочка выжила – просто чудо. Правда, Алена?"
– Правда (почти неслышно).
Риканатти – это процедура по восстановлению памяти?
– Память не восстановишь, – отвечает родственница Алены. – Ей приходится все учить заново. Вот, если правое полушарие возьмет ответственность за левое, тогда…
Алену сопровождает подруга. Галя Годман познакомилась с Аленой 5 лет назад. В ответ на вопрос корреспондента NEWSru.co.il о том, как девушки предпочитают проводить время, Галя отвечает: "Выходим посидеть в кафе. Иногда на дискотеки ходим. Но не каждый раз нас пропускает "фейс контроль". Алена не может носить каблуки, может ходить только в кроссовках. В клуб Flash (дискотека на набережной, неподалеку от Дольфи – Прим. ред.) нас пару раз нас пустили, а потом – нет. Еще был клуб "Ван Гог", куда нас отказывался пропускать охранник, хотя он был "русским", хотя я пыталась ему объяснить... Ведь не каждый день к ним такие люди приходят, как Алена".
Рассказывают свидетели теракта
Участники поминальной церемонии рады присутствию журналистов, но заметно, что каждое интервью им дается с большим трудом.
В ответ на вопросы о жизни и планах Таня Вайс, также получившая ранения у "Дольфи", отвечает немногословно: "Работаю… Пока не учусь, но планирую. Куда конкретно пойду учиться – еще не знаю. Жизнь покажет".
Фаик Кулиев, выпускник школы "Шевах Мофет", также согласился на разговор с корреспондентом нашей редакции.
Расскажи, пожалуйста, о себе.
Я приехал из Азербайджана в 15 лет. Теперь мне 25,5. Работаю младшим инженером. Немного занимаюсь музыкой, но пока только дома. Мне хотелось бы быть ди-джеем на радио или звукорежиссером, но пока не получается.
Ты сам пишешь музыку?
Да.
В каком стиле?
"Электро".
Где ты учился после школы?
По образованию я специалист по работе со звуком. Очень люблю все, что с этим связано.
Ты служил в армии?
Я не пошел в армию. Вернее, меня освободили. Из-за проблем со здоровьем после теракта. В принципе, здоровье улучшается. Хотя случается всякие осложнения, которых вообще не ожидал. Но, что поделать… Жалко ребят, которые погибли. Многих я знал лично. Они приехали в страну, которую очень любили.
Катя Пелина, как и многие другие, отказывается вспоминать день трагедии. О своей жизни после ранения говорит сдержанно: "Все хорошо". Работает в юридической конторе. Собирается пойти учиться. "Пока улучшаю аттестат. Надеюсь поступить на факультет экономики и управления бизнесом. Ведь, говорят, надо двигаться вперед".
История одного портрета
Татьяна Медведенко, мать погибшей Марьяны Медведенко, держит портрет дочери: "Абсолютно точное сходство. Словно живая. Только сегодня я получила картину. Художник мне его надписал: "На память последний подарок от художника Михаила Хундашвили. 1 июня 2008 года".
Художник Михаил Хундашвили рассказал корреспонденту NEWSru.co.il о своей последней работе: "Вот уже много лет я пишу по фотографиям портреты погибших и дарю их родственникам. В своих картинах я пытаюсь передать мечты и стремления человека. Бог создал меня художником, и я хочу делиться своим даром с другими". О Марьяне Медведенко он говорит так: "Она ведь была совсем молодая. Мечтала выучиться, начать работать, создать семью. Я хотел воссоздать ее улыбку – живую улыбку, которая дарит радость".
После официальной церемонии
По окончания официальной церемонии – когда уже убраны специально привезенные на мероприятие флаги, трибуна и микрофоны – у памятника на тель-авивской набережной остаются только те, кого непосредственно коснулась трагедия 2001 года.
Никто из них не может себе представить, что когда-нибудь старое здание, в котором располагалась дискотека "Дольфи", может быть снесено городскими властями. "Зачем сносить? Это же память", – говорит бабушка погибшей Ани Казачковой, Рая Синько. С ней соглашается Надежда Ливанова, Анина тетя.
"Лучше всего здесь было бы сделать музей памяти погибших. Мы бы предоставили все материалы. Это наши дети, и они очень любили Израиль", – добавляет Ирина Скляник, мать Юлии-Яэль, чье имя также высечено на памятнике на набережной.
"Это здание нельзя сносить полностью, – говорит Глеб Харитонский, бывший в числе раненых в теракте у "Дольфи". – Благоустраивать город и перестраивать набережную можно по-разному. Хотя бы стену, где был вход на дискотеку, надо оставить и оформить ее как мемориал".
Мало кто знает, что именно перед входом в бывшее помещение дискотеки вот уже семь лет 1 июня, поздно вечером, на тель-авивской набережной всегда происходит еще один памятный ритуал. На этой неофициальной церемонии не слышно речей и не бывает политиков.
Около 11 часов вечера близкие погибших, свидетели теракта, их ближайшие друзья собираются перед входом в дискотеку, которая является для них неофициальным мемориалом. Они зажигают свечи и приносят цветы.
Ровно в 23:45 ночную тишину разрезают автомобильные гудки. В течение двух минут в память о погибших звучит сирена. Это – единственный резкий звук, который позволяют себе осиротевшие родители, сдерживавшие крик боли даже в день похорон.

http://www.newsru.co.il/israel/02jun2008/dolfi_222.html