И грянул взрыв!

И грянул взрыв!
        Нежданно. 
             Подло. 
                Жутко.
Кромсая плоть восторженных детей.
Не уберег Господь их от ублюдка,
Что посягнул на жизнь других людей.
Ну, кто теперь еще сказать посмеет,
Что не война трясет святую твердь?
Что смогут жить с арабами евреи,
Уже не вспоминая слова "смерть"?
Ужель не вся в крови залита плаха?
Чего еще Барак с Шароном ждут?
Когда арабы с именем Аллаха
Последнего еврея изведут?!
И в этот час, о том мечту лелея,
Очередной джихадовский маньяк,
Всех ваших добрых слов не разумея,
Себе взрывчатку вяжет под пиджак.
Так скольких жертв еще дождаться надо,
И сколько тел еще похоронить,
Чтоб осознать безумие джихада?
А, осознав, ДОСТОЙНО ОСУДИТЬ! 

Не гаснут фитили свечей у "Дольфи"… 

Тель-Авив,
12 июня 2001г.

 

Стих написан Владимиром Бондаревым

 


 

::Тель-Авивская колыбельная::

Спи спокойно, маленькая киска,
Спи спокойно, маленькая киска.
Ты не бойся – выстрелы не близко,
Минометы ухают не близко.
Шум да гам – ведь это просто диско,
Это музыка играет в Дольфи-диско.
Анна Файн
 

Мы Просим О Мире, Они Просят О Крови

 

 

 

1 июня 2001 года, пятница. Международный день защиты детей. 
Арабский террорист-самоубийца из группировки "Исламский Джихад" Саид Хутори, 22 лет,
из города Калькилия пытается проникнуть на дискотеку "Дольфи"
на набережной Тель-Авива.
Охранник на входе обратил внимание на его странный внешний вид и спросил, что тот собирается здесь делать . "Танцевать", - ответил террорист. Его не обыскивали, так как не имеют на это право, но и не пустили.
И тогда он взорвал себя в гуще толпы детей на входе в дискотеку...
Вы видели кадры телевизионных репортажей полные крика и ужаса.
Вы видели фотографии этой кровавой бойни. Вы читали газетные статьи.
Но, я могу Вам сообщить - это значит, что Вы не видели почти ничего.
Это лишь означает, что корреспондент посетил это место в эту роковую полночь.
Нет ни одной статьи, ни одного репортажа, который бы приблизил Вас в полной мере к реальной картине произошедшего. Я брожу бесцельно, сжимая в своей руке осколки витринного стекла и кусочки металла, подобранные мною с асфальта. Острые шурупы, болты, стальные шарики.
Сотни смертоносных предметов, которые вырвались из взрывного устройства, унеся 21 жизнь и калеча все живое вокруг в радиусе 300 метров. Гонимый слепой ненавистью и одержимый религиозным фанатизмом, молодой палестинец приблизился к площадке перед дискотекой, спокойно неся на своих плечах груз взрывчатки и смертоносных металлических предметов, и направился в гущу толпы девочек-подростков,
ожидающих своей очереди при входе в дискотеку. Красавчик, девчата были бы рады потанцевать с таким милым симпатичным парнем, ловить взглядом его улыбку. Приближаясь к дискотеке,
Вы замечаете многочисленные несмываемые пятна крови на асфальте. Покрывают эти пятна букеты цветов. Среди цветов Вы видите фотографии детей, игрушки, принесенные кем-то из родителей.
Огоньки мерцающих свечей. Подняв глаза, Вы замечаете многочисленные отверстия, выбитые на бетонных стенах дискотеки. И Вы понимаете, что если бы Вы стояли на этом месте – один из этих несущих смерть кусочков металла пронзил бы Ваше тело, голову или ноги. Я подхожу к стене дискотеки, касаюсь пальцами выбоин на бетоне и по этим выбоинам пытаюсь понять где находилось место взрыва и пытаюсь представить себе его чудовищную силу.
Я нахожу глазами это место на асфальте и вдруг отчетливо ощущаю разорванность пространства в этом месте. Летние сильные лучи солнца лишь только усиливают этот эффект. Дурманящий запах гари и запах крови.
Здесь произошло нечто такое, что разум отказывается понимать... Скорбная тишина нарушена голосами людей. Один человек говорит: " Это было акт варварства ". Другой отвечает: " Даже варвары не способны на это ".
Через дорогу и немного поодаль можно увидеть арабскую мечеть Хасан-Бек, её круглая кирпичная башня стоит в затемнении на фоне сияющих гостиниц набережной Тель-Авива.
Вы представляете себе, как один из посетителей этого Святого места сказал боевикам Хамаса: " У нас есть для Вас адресат ". Вы пробуете не делать слишком поспешный вывод – но физическая близость к дискотеке этого мрачного здания – всё слишком проклято ясно. Покидая автостоянку дискотеки, запятнанную кровью,
Вы не можете не думать, как, как может человек совершить такое хладнокровное и жестокое злодеяние.
Вы расстаетесь с этим мемориальных местом, самостоятельно покидая этот фильм ужаса и наталкиваетесь на несколько надписей по-английски. Черный маркер на белом картоне. Одна из надписей гласит: " Мы Просим О Мире, Они Просят О Крови ". Надпись не несет в себе никакой ненависти.
Она только ясно отражает сущность двух различных и несхожих между собой культур.
Одна, возвышенная, чтобы любить и приумножать жизнь, другая не знающая пощады и предназначенная, чтобы уничтожать и ненавидеть. Слова приобретают новый смысл. И Вы знаете теперь, что потребуется огромное количество лет для достижения взаимопонимания и объективного мировоззрения обеих сторон с тем, чтобы употребить слово "доверие" и обменяться рукопожатием.
Вы задаетесь вопросом, сколько же еще человеческих жизней будет растрачено впустую и унесено безвозвратно в этом водовороте исторических событий. Вы смотрите вниз на белый песчаный берег моря, на гребни волн, набегающих на волнорез, на стайку крикливых и суетливых чаек, парящих невдалеке и знающих наверняка,
что красота и мир вечны и неразделимы.
Вы просите, Вы молите Б-га о ветре… О ветре, на крыльях которого этот мир естественной красоты мог бы проникнуть в души соседей Израиля… 
 
Александр Эльштейн 
 

Вечер памяти и презентация книги о жертвах теракта у дискотеки "Дольфи" в Тель-Авиве

Репортаж Дана Каткина - 31 Мая, 2002 

Вечером 30-го мая состоялся вечер памяти жертв теракта у дискотеки "Дольфи" в Тель-Авиве организованый фондом помощи жертвам терактов Михаила Черного. Собравшиеся почтили минутой молчания память детей убитых взрывом исламского фанатика-самоубийцы. 

 

 



Минута молчания. В первом ряду стоят израильские политики, пришедшие выразить своё сочуствие горю людей, потерявших будущее в лице своих безвинно погибших детей...Среди них - Авигдор Либерман, Далия Рабин-Философ, Хаим Рамон и другие.