Тихое эхо взрывов

Аркадий КРАСИЛЬЩИКОВ. "Новости Недели", четверг 5.12.2002

Шекспир сказал: "В их безумии есть метод". Метод наших безумцев-соседей - взрыв и последующее эхо взрыва. Без многоцветного, многоликого, шумного, бурного отголоска и сам взрыв теряет смысл.

Вся энергия гнева и справедливого возмездия должна "уходить в свисток". Она и уходит в невольном единстве наших "миротворцев" с террористами.

- Мы, наверно, еще не научились точно реагировать на весь этот ужас, - говорит Саша Эльштейн. - Мы реагируем на теракты так, будто это новость, призванная нас развлечь в очередной раз. Будто насильственная смерть людей - это неизбежное стихийное бедствие. И случается оно только для того, чтобы у журналистов появился материал для новостных блоков.

Саша Эльштейн создал тихое, еле слышное эхо взрыва: сайт в Интернете. На электронный этот адрес "приходят" люди, как на кладбище, как к могиле жертв зла. Только такое эхо ему кажется возможным, а не бурная, спекулятивная реакция на каждый теракт израильских СМИ, да и средств массовой информации всего мира тоже.

 

Новый конец или старое начало

Давид Маркиш. "Новости недели" от 7 Июня 2001 г.

Кто-то из высоких наших чиновников заметил, что, чем больше времени проходит со дня теракта у дискотеки “Дольфи”, тем меньше остается шансов на нашу акцию возмездия Подмечено совершенно точно: потеряв голову, по волосам не плачут. Или, как ещё говорят, - дорога ложка к обеду. Но тот чиновник не сказал лишь одного, в последний ли раз упустили мы возможность нанести полномасштабный удар по противнику - по его штабам, инфраструктуре, казармам, по логову сидящего на своем колесе гнусноголосого шейха Ясина со товарищи. Или у нас впереди немало еще поводов для “неадекватных" действий?

Казалось бы, террористический акт у дискотеки в полночь положил конец нашему терпению, которое почему-то называют проявлением сипы. Но вот убитые мальчишки и девчонки преданы земле - кто на еврейских кладбищах, кто на христианских или кибуцных, - и волны нашего гнева понемногу улеглись. Быть может, сердито скрежещут зубами лишь те, кто ждет суда за участие в “беспорядках" у мечети Хасан-Бек, -эти нарушители общественного спокойствия, швырявшие камни в толстые стены мусульманской крепостицы посреди еврейского Тель-Авива. Впрочем, и здесь, как известно, не обошлось без бумеранга: засевшие в мечети арабы, поднаторевшие за месяцы интифады в древней воинской забаве, отвечали “огнем на огонь”, и их камни не пролетали мимо цели . Сегодня краснобаи рассуждают о том, что лишь стечение обстоятельств спасло мечеть от разрушения: на дворе стояла святая суббота, тысячи потенциальных камнеметателей не смогли по этой причине прибыть на место боевых действий. Так или иначе, но и этот бой мы продули. Как тут не вспомнить о разгроме могилы Йосефа...

Передают, что правительство в тот день было настроено решительно, Генштаб предложил цели для атак, боевые пилоты ждали команды на взлёт. Потом что-то случилось, что-то помешало естественному развитию событий. Армейский план был положен в сейф, сейф заперт на ключ. Пропаганда на все лады взялась нахваливать “соломоново решение": теперь, мол, весь мир увидит, какие мы хорошие, какие цивилизованные. Вместо того чтобы контратаковать, мы терпеливо подставляем вторую щёку, хотя это - извините, конечно, - чисто христианское поведение. Зато все культурные, воспитанные люди увидят, что мы готовы приносить большие жертвы в борьбе за мир. Сегодня - молодых людей, пришедших поплясать и повеселиться, завтра - детей и стариков, послезавтра - государственную независимость.

Евреи начинают забывать о том, зачем и по какой причине мы очутились здесь, на восточном побережье Средиземного моря. Начинают забывать о том, что Израиль - это не Уганда и не Биробиджан, что разговор с мусульманским миром идет не о пересадочной станции, не о лагере беженцев. Мы не на курорт с красивыми пальмами и дешёвыми апельсинами приехали - мы вернулись домой А когда в твой дом врываются бандиты, хозяин берется за оружие - эта практика не подверглась изменению за тысячелетия, и нынешний новый век едва ли внесет коррективы в это депо.

В галуте мы склонны были искать чужую любовь: “Ах, нас не любят, ах, нас не жалеют!” Сегодня у нас есть собственная страна, собственный Еврейский дом, за который заплачено куда больше, чем четыреста шекелей авраамова серебра. Нам не нужна чужая-любовь, хорошо бы жить в ладу друг с другом - в воюющей стране, даже если и объявлено о виртуальном одностороннем прекращении огня, это куда как важно.

Но важно и другое: сознавать, что непристойно плясать на дискотеке, когда ежедневно зарывают в землю убитых в этой войне. Непристойно под вой минометных снарядов устраивать свадьбы в зеркальных банкетных залах с диск-жокеями - или как там они называются, с сотнями притащенных гостей, Браки заключаются в сердце, а не в банкетном зале с железным сундуком для чеков.

Но государство, власть думает, по-видимому, иначе. Нас с упорством, достойным лучшего применения, призывают и уговаривают “жить, как всегда” - делать, иными словами, вид, что ничего не происходит. Приводят и пример из прошлого: в Шестидневную войну тель-авивцы, не занятые в боевых действиях, попивали себе кофеёк в прибрежных кафе. Но сочные примеры из прошлого хороши для исторических романов, а не для практической повседневной жизни. Мы живём в обстановке чрезвычайного положения, в военное время. Только слепой этого не видит и продолжает колотить своей палкой по камням мостовой и по ногам прохожих.

 

Теперь у меня нет сомнений

Роман Уколов Иерусалим-Тель-Авив

Молодые репатрианты из России не простили террористам погибших в июне друзей

ОКРАИНА Тель-Авива. Пропускной пункт со шлагбаумом и вооруженной охраной. Здесь на территории госпиталя "Тель Ха-шомер" расположен детский ортопедический реабилитационный центр. Скоро три месяца, как врачи и персонал этого медицинского учреждения пытаются вернуть к нормальной жизни детей, пострадавших в результате июньского теракта у дискотеки "Дельфинариум" на набережной Тель-Авива.

В ночь с 1 на 2 июня у входа в дискотеку террорист-камикадзе взорвал бомбу, начиненную металлическими шариками. В тот вечер погиб 21 человек и более 100 были ранены. "Дельфинариум" пользовался популярностью у репатриантов из бывшего СССР, поэтому практически все убитые и раненые в недавнем прошлом - наши соотечественники. Кроме этого в тот роковой вечер вход в дискотеку для девушек был бесплатным, и потому среди жертв теракта их большинство.

В коридорах реабилитационного центра тихо. На диванах сидят несколько посетителей и пациентов - из тех, кто может передвигаться самостоятельно или на кресле-каталке. Заметив наше замешательство, к нам направляется медсестра и спрашивает о цели нашего визита. Получив исчерпывающую информацию, она провожает нас в одну из палат. Здесь лежит 15-летняя Соня. Кроме нее, нас встречает Сонина мама, а пока мы представляемся и рассказываем о цели своего визита, приходит и Сонин папа. Выясняется, что мы пришли очень вовремя: именно сегодня Соню забирают из клиники домой. Но, несмотря на сборы, семья все-таки находит время поговорить с нами.

В тот злополучный вечер Соня не хотела идти на дискотеку. Сама она плохо помнит, но мама говорит, что Соня неважно себя чувствовала и была не в настроении, однако друзья все-таки убедили ее пойти повеселиться. Детали того вечера Соня вспоминает с трудом. К дискотеке она приехала в 12-м часу ночи, встретила своих друзей, и они вместе встали в очередь на вход. К моменту взрыва Соня и ее компания находились в самом центре толпы - фактически в нескольких метрах от террориста-смертника.

"Я почти ничего не помню. Я только слышала взрыв и почувствовала, что падаю, - рассказывает Соня. - Мне казалось, что это происходит очень-очень медленно. Я видела, как падают другие люди, и среди них - мой знакомый Илья. Он погиб в этот вечер. Потом все стало темно, и я как будто провалилась куда-то. Следующее, что я помню, - это как другой мой знакомый поднимает меня на руки и несет в сторону. Потом подходили какие-то люди, и я слышала голоса. Меня спрашивали, как я себя чувствую, что у меня болит. Но у меня ничего не болело: врачи потом сказали, что я была в шоке. Тот мой знакомый, который первый пришел мне на помощь, рассказал, что я лежала на других людях, и на мне тоже лежали люди. Потом я снова ничего не помнила и пришла в себя только в амбулансе (машина "скорой помощи". - Р.У.). Потом была больница. Я лежала вместе с моей хорошей знакомой Женей - мы вместе пришли на дискотеку. Женя умерла 19 июня. В тот день у меня был день рождения..."

Террорист явно не случайно выбрал время и место теракта. Во-первых, именно в пятницу в Израиле начинаются выходные и молодежи в публичных местах собирается больше обычного, а "Дельфинариум" - одна из наиболее посещаемых дискотек. Во-вторых, внимание террористов привлекает ее статус "русской дискотеки": палестинцы убеждены, что необходимо запугать переселенцев из бывшего СССР, чтобы те перестали приезжать в Израиль. Однако, по мнению молодых репатриантов из России, палестинцы добились прямо противоположного. Если до июньского теракта большинство молодых эмигрантов-россиян нейтрально относились к арабо-израильскому конфликту, то сегодня большинство из них собираются идти в армию, и по возможности - в боевые части. Бывший россиянин Кирилл, чей друг погиб у "Дельфинариума", сказал: "До недавнего времени я еще сомневался, стоит ли мне ненавидеть палестинцев. Теперь у меня таких сомнений нет. Если я кого-то в своей жизни ненавидел и ненавижу больше всего, так это арабских террористов и вообще всех палестинцев. Если у меня будет возможность участвовать в боевых действиях, я приложу все свои силы, чтобы убить как можно больше арабов..."

В соседней с Соней палате проходит курс реабилитации 17-летняя Рита. Тот день она помнит очень хорошо: сдала очередной экзамен в лицее и решила отметить это событие с друзьями. Рита пришла к "Дельфинариуму", но, к счастью, оказалась не так близко к эпицентру взрыва. Но ее лучшая подруга Симона погибла: осколки пролетели мимо, а девушка, как установили врачи, умерла от сердечного приступа.

Рита ничего не говорит о своей боли. По ее словам, ей ничего не угрожает, она и дальше будет жить полноценной жизнью, и боль останется только в ее сердце. Но чего она не может понять и никогда не поймет - почему весь мир так активно выступает в защиту палестинцев: "Мне кажется, эти заевшиеся американцы, и кто там еще с ними, просто не представляют себе, что такое палестинский терроризм. Они не были здесь, на месте взрыва. Это невозможно описать словами: покалеченные тела, оторванные руки и ноги и кровь - очень много крови. Кровь везде: на асфальте, на стенах, на одежде уцелевших... Неужели люди во всем мире думают только о тех несчастных палестинских детях, которые гибнут в интифаде? Они просто не задумываются, что израильские солдаты стреляют в палестинцев не ради забавы, а ради сохранения собственной жизни. И я не могу понять палестинцев: за что они убивают безоружных детей? Мы не военные, мы не на их территории - мы просто пришли на дискотеку. Неужели это все ради того, чтобы попасть в рай с семьюдесятью двумя девственницами?"

У Риты в палате - целая подшивка газет со статьями об июньском теракте. Половина из них - с пропалестинскими заголовками. В одной из таких статей - фотография террориста-смертника и его отца. Под нею - отеческое признание: "Я мечтаю, чтобы у меня было двадцать сыновей, и все они погибли такой же смертью..."

 

С чем мы воюем

Аркадий Малер "Новости недели" 7 Июня 2001 г.

Верно не с кем, а с чем Мы снова в драке, не с арабами Палестины, не с Арафатом, ХАМАСом или "Исламским джихадом”.

Мы сражаемся с очередным мифом, с мифологическим сознанием целого народа

Отсюда и все наши проблемы, отсюда иррационализм кровавого конфликта с соседями, здесь и корни мировой юдофобии, терзающей народ еврейский не первое тысячелетие.

Арафат не мог подписать мир с Бараком, как не мог сам себе подмахнуть небрежно смертный приговор. Раис был вполне искренен, когда сказал, что в случае заключения мира президент Клинтон "приехал бы в Палестину не в гости ко мне, а на мои похороны”.

Точное замечание. Мир нужен здравому смыслу, жизнелюбию, творчеству. Мифу нужна только война. Арабский народ сегодня - это народ мифа. Вот почему не увидеть нам мира с арабами. Боюсь, и детям нашим это не удастся. Создать миф гораздо проще, чем его разрушить.

Когда-то, всего лишь 600 лет назад, арабы не были склонны к мифотворчеству. Им было достаточно чудных сказок "1001 ночи”. Арабы жили полноценной судьбой мощного, веротерпимого, просвещенного, по тем временам, государства. Арабский халифат славился передовой наукой и изысканным искусством.

Христианская Европа уничтожила, унизила, сломала единое арабское национальное сознание, на века отбросила этих семитов в сторону от магистральных путей общего исторического развития.

Униженность нации, ее разобщенность и бедность - основная причина возникновения мифа. Миф - единственное спасение в безысходности существования народа. Он спасителен для психики нации, как наркотик для наркомана. Миф изворотлив, хитер и всегда основывается на яде лжи.

Арабам не приходит в голову обвинять во всех своих бедах, например, Испанию и испанцев - подлинных виновников крушения Халифата. Людей, живущих на “исконных” арабских землях.

Нет, арабский миф, способствующий, как кажется арабам, возрождению нации, острием своей ненависти направлен на Израиль и евреев, народ совершенно лояльный (в свое время) к Империи арабов. Народ, чей интеллект в те давние века был направлен на созидание, на укрепление и развитие Халифата.

Испанцы 15 века понимали это. И, разделавшись с арабами, принялись за евреев.

Европейцы на долгие века сломали хребет арабской нации. Христианство унизило ислам, но за чужие грехи, как водится отвечать приходится евреям. Арабам не нужна Испания .Им нужен для утверждения национального достоинства крошечный Израиль. И чужая земля, где они жили лишь как беженцы или захватчики.

Конкретность и злую силу мифа остро ощутил в Иордании. Мы стояли спиной к редким, слабым огням нищего, чудовищного в своей бедности лагеря палестинских беженцев в этой стране. Перед нами, внизу, по ту сторону границы, сиял Израиль. Именно, СИЯЛ. Я не могу подобрать другого, более скромного, что ли, слова.

Позади нас была страшная ночь, мрак, вакуум, пустота. Перед нами море огней, царство света.

Я представил себе араба из лагеря беженцев, вынужденного каждый вечер и ночь любоваться подобным зрелищем. Представил отчаяние голодного и отверженного, ярость, жажду мести. Его больное сознание воспитано мифом о еврее. Он не станет искать свою вину и вину соплеменников в жалкой своей судьбе. Гораздо проще убедить себя, что во всех бедах несчастных беженцев виноват Израиль. И в то, что обрести национальное достоинство, свободу и достаток можно только одним путем погасить огни по ту сторону границы, задуть свет чужой и благополучной жизни.

Араб из лагеря беженцев знать не хочет, что перед ним государство таких же беженцев, как и он. Людей, прежде униженных, оскорбленных бесправием и вечной жертвенностью. Он не в силах поверить, что перед ним братья, как и в давние века, способные помочь в его беде, гораздо больше, чем те, кто прикидывается друзьями несчастного араба Палестины.

Трагедию беженцев нашего региона создали сами арабы сопредельных с нами стран. Им, захваченным тем же мифом, нужна ударная сипа, направленная на уничтожение Еврейского государства. Это правда. Все остальные разговоры о “самоопределении палестинского народа”, о “национальной независимости”, “о возвращении беженцев в свои дома” - всего лишь хитрый камуфляж обычного, сотворенного из ненависти и жажды крови мифа.

Своим красноречивым признанием Арафат хотел намекнуть просвещенным американцам, что он, человек цивилизованный, вынужден следовать в русле представлений своего “дикого” народа.

Хитер это престарелый лис. Он прав, знает, о чем говорит. Десятилетия сам раис воспитывал в арабах территорий ненависть к евреям и Еврейскому государству. Он не гнушался ничем, создавая миф о нашей вине за нищету и бесправие “великого палестинского народа”. Да и теперь только по его приказу народ мифа решился на прямой погром, на агрессию против Израиля.

И дело в том, что и сам палестинский народ - миф, сочиненный идеологами Кремпя (не без участия наших либералов). Никогда не было и не будет такого народа. И нечего удивляться, что народ мифа может существовать только во лжи о себе и о своих соседях. Во лжи и ненависти.

Помню Газу года сравнительного покоя Нам, русскоязычным журналистам, решили показать этот город. Мальчишки мирно, с улыбкой, клянчили шекели у наших автобусов. Кому-то дал монету, кому-то нет. И этот обиженный мгновенно нагнулся и поднял с земли камень. Нас бдительно охраняла полиция, и мальчишка получил от усатого жандарма увесистую затрещину Все на тот раз обошлось.

За шекель я бы смог купить еще одну улыбку того ребенка. Без шекеля рисковал получить булыжником в лоб. Этот мальчишка был воспитан мифом и нищетой одновременно.

Мой сын задолго до последней интифады сопровождал на военном джипе поселенцев в той же Газе. На повороте дороги, когда машины замедляли ход, к автобусу от соседнего футбольного поля мчались мальчишки, вооруженные камнями. Они делали это заученно, привычно, как по команде. Главным уроком в школе, где они учились, был урок ненависти, урок мифа.

Арафату, одному из творцов арабской лжи о еврее и сионизме, нужен свой собственный, униженный, обескровленный народ. Свои дети, готовые не только швырять камни, но и погибать по приказу. Ему нужен народ страдающий, народ самоубийц, народ с искаженной, фанатичной психикой.

Одному из отцов мифа необходим сам миф как гарантия его власти и неприкосновенности личности. Прежде миф этот был основан на идеях социализма, ныне он все больше начинает опираться на фанатиков ислама. Все верно, кто платит, тот и заказывает музыку.

Мифом захвачены и сами арабы Израиля. Уж кому-кому, как не им должно быть понятно, что существование внутри Еврейского государства подарило арабам возможность свободной, сытой и даже привилегированной жизни. Так нет же, и у этих, самых благополучных арабов мира, сжимаются кулаки при одном имени еврея. Миф всесилен.

И глубоко несчастны все народы, живущие под диктовку мифа Приведу цитату из свежего номера газеты "Патриот", выходящей многотысячным тиражом в столице Российской Федерации " Инородцы веками пытаются возглавить и вести за собой Русский РОД Но в жилах Русичей течет кровь Правителей людского Рода Земли Говорят, это имперское мышление Нет - это Генетическая память арийских предков, хранителей Единой Ведической цивилизации планеты Иудеи - не народ, ибо нет такого народа Иудейство - это на самом деле мозговой программирующий вирус, заражающий и отравляющий нормальных людей, имеющий цепью сделать из них биороботов, паразитирующий на национальном сознании, разрушающий творческое, божественное начало РОДА и ПРИРОДЫ”.

Вы прочли концентрированное выражение русского, коричневого бреда, лишь подправленного кровавым, нацистским мифом. Слегка подретушированную кальку с опусов Геббельса и самого фюрера.

И нам, евреям, приходится учитывать, что прежние войны СССР против Израиля, нынешняя внезапно вспыхнувшая любовь Кремля к Ирану, Ираку и Сирии - это всего лишь очередная и привычная попытка следовать в русле национального погромного мифа.

Все несчастья России объясняются фатальной склонностью к мифотворчеству, к полному неумению и нежеланию возложить на свой, собственный народ вину за его неудачи, пороки, преступления. Миф освобождает от ответственности, но он же делает безнадежными всякие попытки пораженных им народов выбраться из бездны нищеты и бесправия.

“Жить не по лжи” - советовал “русичам” А.Солженицын. Значит, не по мифу, но сам же этот писатель - во многом раб мифологического сознания. Причины этого понятны: отчаяние, бессилие, невозможность выбраться из морального и физического тупика. Россия, надо думать, жила, живет и будет жить по лжи, если даже такие люди, как Солженицын, склонны искать спасение в откровенном шовинизме.

Больны ли мы, евреи, склонностью к мифологическому сознанию? Бесспорно. Есть два кондовых мифа, давно мучающих народ еврейский это миф о фатальном всевластии денег и миф о том что ассимиляция способна спасти евреев от агрессии зла.

Есть, правда, существенная особенность еврейского мифотворчества Наши мифы разрушают, прежде всего, сам еврейский народ и подрывают основы Израиля. Их разлагающая сила направлена вовнутрь нашего национального организма Говоря проще, мы в этом безумном мире психи тихие, а не буйные.

И в этом своем тихом психозе никак не можем понять, что нужно от нас безумцам буйным В последнее время все чаще слышу слова боли, отчаяния, безнадежности от израильтян новоприбывших и даже коренных жителей. И происходит это чаще всего потому, что нам вновь приходится сражаться не с армией врагов и даже не с террором, а со старым, замшелым, пропахшим потом страха и крови мифом.

Наивные евреи удивляются, как это может Арафат лгать, что мы забрасываем в Газу конфеты отравленные, уморили газами муфтия и боеприпасы у нас какие-то особые, с урановой начинкой. Ничего удивительного. Человек мифа не может вести себя иначе еще и потому, что невольно выдает во лжи и клевете порядок своих собственных намерений по отношению к евреям.

Народ, способный взрывать своих собственных детей для того, чтобы убить детей другого народа, и убежденный, что арабские дети при этом отправятся прямиком в рай, а еврейские - в ад, определенно и тяжело болен психически. Подобное случается, и не так уж редко, о чем свидетельствует история.

Нам трудно осознать, кто наш настоящий враг. Нам не хочется верить, что соседний и родственный нам народ ходит “со справкой”. Но это, к великому сожалению, так, и обычный, банальный, общепринятый мир с этим тяжело больным врагом невозможен. Сегодня возможна только сокрушающая и отрезвляющая победа над народом, страдающим синдромом мифологического сознания. Победа, необходимая самому этому больному народу прежде всего.

История германского фашизма - прямое тому доказательство.

Миф и язычество связаны воедино. Нет мифа без язычества. Нет язычества без мифа. Идея монотеизма, как и прежде, противостоит ереси идолопоклонников. Ереси, прячущейся порой под маской истинной веры, но веры не своей, заемной, а потому и существующей под вечной и зловещей тенью комплекса неполноценности. Чаще всего именно по этой причине тайное язычество наших соседей и создает юдофобский миф, с которым вот уже десятки лет вооруженный Израиль ведет схватку. Израиль безоружный тысячелетия был несчастной жертвой этого мифа.

В противостоянии язычеству и мифологическому сознанию - вся трагическая сложность нашей судьбы и в рассеянии, и в своем государстве.

 

Что Можно Противопоставить Террору ?

Вениамин Гинодман YSR-Радио "Седьмой канал"- "Новости Израиля"

Изpаиль простился с убитыми в дискотеке "Дольфи" детьми. Арабский мир превозносит террориста-камикадзе. 

В Тель-Авиве и примыкающих к нему городах-спутниках - Холоне, Бат-Яме, Реховоте, Рамат-Гане, Яффо - прошли похороны жертв ночного теракта в дискотеке "Дольфи". Погибли юноши и девушки в возрасте от 14 до 20 лет, по большей части - члены семей репатриантов из стран бывшего СССР.
Вряд ли смертник-хамасовец выбирал свою цель обдуманно и рассчитывал нанести удар именно по "русским" израильтянам, однако в итоге свершенное им приобрело дополнительный смысл, мрачный и трагический.
Семья Медведенко переехала в еврейское государство из Якутска, как теперь выясняется, для того, чтобы на берегу теплого Средиземного моря ангел смерти Самаэль распахнул свои крыла над Медведенко Мариной. Не пощадила смерть ни сестер Елену и Юлию Налимовых, ни охранника клуба "Дольфи", сменившего страну проживания всего лишь полгода тому назад, ни христианку Катрин Кастеньяда, похороненную на старом католическом кладбище в Яффо.
Одна из главных причин эмиграции формулируется кратко и просто: "ради детей". В некоторых случаях эта причина - самая главная. Мы свою жизнь прожили кое-как, так пускай уж дети... По этой мечте, по осознанным надеждам, по самооправданию эмиграции нанес удар смертник Саид Хутари, превративший себя в живую бомбу. И неправильно было бы исключать его из списка жертв, потому что арабский юноша погиб, позволив одурманить себя пропагандой, пропитавшись атмосферой ненависти, царящей в регионе.
Страшная трагедия в Тель-Авиве еще раз показала, что Израиль практически ничего не может противопоставить террору, ибо палестинцы готовы безответственно и безрассудно жертвовать жизнями своих детей, а израильтяне - нет. Родители посылают юных камнеметателей под пули. Родители с восторгом отдают мальчишек в боевые отряды радикальных организаций. Отец Саида Хутари в интервью иорданскому телевидению заявил, что он гордится своим сыном, и будь у него двадцать сыновей, он любого из них благословил бы на столь "героическую смерть!
Еврейское же чадолюбие не может - и не должно! - распространяться далее воспитания у юного поколения мотивации для достойной службы в армии. По достижении соответствующего возраста в военной форме со знаками различия и с оружием в руках.
Арабская сторона давно не только превратила подростков в действенное оружие партизанской войны, но и выработала идеологию, убедительно и полно изложенную в романе Джона Ле Карре "Маленькая барабанщица": "Почему мы не должны сомневаться, убивая еврейских женщин? Они рожают Израилю солдат. Почему мы не должны сомневаться, убивая детей? Они вырастут и станут солдатами". Любое цивилизованное общество не найдет на подобную тактику адекватного ответа.
Печальный постскриптум: На израильском русскоязычном сайте появился рисунок: израильтянин и палестинец стреляют друг в друга из автоматов. Первый прикрывает собой детскую колыбель, второй прикрывается детской колыбелью. Не безусловно, однако похоже на правду.

 

 

 

 

Палестинская автономия утратила право на существование

Андрон Колубов. "Новости недели" от 7 Июня 2001 г.

Сегодня настало время избавиться от иллюзий.

На этой неделе министр национальной инфраструктуры, лидер партии "Наш дом - Израиль" Авигдор Либерман сделал ряд заявлений, расцененных большинством комментаторов в качестве прелюдии к выходу фракции "НДИ - Ихуд леуми" из правительства. Решение о выходе из правительства еще раньше было принято на заседании секретариата "Моледет" одной из партий, составляющих парламентский блок "НДИ -Ихуд леуми". Две другие партии, "Ткума" и "Наш дом - Израиль", медлили с принятием решения, ожидая встречи с главой правительства, назначенной на середину недели. Встреча состоялась О ее итогах и о своем взгляде на сложившуюся сегодня ситуацию нам рассказал Авигдор Либерман.

- Насколько известно, в результате встречи с Ариэлем Шароном вы приняли решение не выходить из правительства, хотя ранее были недалеки от этого шага. Что же произошло во время встречи?

- В последние недели мы действительно взвешивали возможность выхода из правительства. Наше правительство было выбрано в первую очередь для того, чтобы обеспечить безопасность граждан, покончить с террором. Однако наша позиция в данном вопросе не деструктивна, а конструктивна. Всегда существует вариант хлопнуть дверью, снять с себя ответственность за происходящее, ввергнуть страну в третьи за два года выборы. Но наша цель - добиваться результата, употреблять свое влияние в правительстве при принятии стратегически важных решений, насколько это возможно.

Если при Бараке мы были в "глухой оппозиции", поскольку стратегия прошлого правительства была заведомо провальной, то сегодня правительственная стратегия отвечает нашим требованиям - это не приоритет "мирного процесса", а обеспечение безопасности. Тактические же разногласия следует решать именно в рамках правительственной деятельности, где для этого есть гораздо больше возможностей.

Наша встреча с главой правительства была продолжительной, было задано немало острых вопросов. Я не могу пересказывать содержание данных нам разъяснений, поскольку они связаны с вопросами государственной безопасности, но, вопреки заявлениям комментаторов, не Шарон убедил нас остаться в правительстве, а мы убедили его в необходимости изменения тактики. Убежден, что в ближайшее время израильтяне заметят эту перемену.

- Каков ваш взгляд на сложившуюся сегодня ситуацию?

- Я считаю, что Палестинская автономия утратила право на существование после волны кровавых терактов, которые были проведены с ведома и при поддержке палестинского руководства. Мне было давно ясно, что Арафат по своей природе не в состоянии руководить государством, решать социальные и экономические проблемы граждан, развивать экономику и инфраструктуру. Он - профессиональный террорист, его власть зиждется на крови и насилии, поэтому мнение о том, что Арафат стремится к миру и сосуществованию, заведомо ложно.

Для обеспечения безопасность нам следует прежде всего полностью уничтожить инфраструктуру палестинского террора - все здания, принадлежащие так называемой палестинской полиции, военные объекты, склады, разоружить боевиков. В качестве дальнейшего решения я предлагаю разделить автономию на четыре отдельных анклава, без всяких там "коридоров", "проходов" и так далее. У каждого анклава имеются свойственные ему проблемы, которые мы и будем решать, исходя из конкретных нужд, стратегических и хозяйственных соображений.

Централизованная же автономная власть будет “дамокловым мечом”, постоянно занесенным над головами израильтян, независимо от их возраста, пола, политических воззрений, поскольку сегодня все активные лидеры автономии представляют те или иные террористические структуры. Там практически не осталось представителей умеренных течений, готовых налаживать отношения с нами.

Виноваты в этом прежде всего мы сами - долгое время Израиль поощрял террористов, оставляя на произвол судьбы союзников и друзей. После ухода ЦАХАЛа по автономии прокатилась волна казней и расправ над теми, кто сотрудничал с Израилем, а известный гуманист Йоси Бейлин отреагировал на это так: "Я не помню, чтобы это противоречило соглашениям Осло". То же самое произошло с Армией Южного Ливана. Неудивительно, что сегодня никто не торопится бросаться в наши объятия. Наряду с доступными и необходимыми сегодня мерами по обеспечению безопасности имеются глобальные проблемы сосуществования, для решения которых необходим немалый срок.

Почти десять лет мы шли по ложному пути, все больше и больше запутываясь и осложняя ситуацию. Не желая учиться на чужих ошибках, мы понаделали свои. Сегодня настало время извлечь урок, избавиться от иллюзий, применить трезвый и деловой подход к решению наболевших проблем.

 

Утро после взрыва.

Марк Зайчик. "Окна", четверг 7.06.2001

"Мы признали наконец, что находимся в состоянии войны.

Теперь надо сделать следующий шаг и начать действовать по правилам войны.

Когда в тебя стреляют из пулемета, ты не можешь разговаривать с пулеметчиком.

Он хочет убить тебя, ты хочешь убить его.

Другого пути нет.

У нас есть сегодня правительство национального единства, которое является гарантом того, что израильское общество не будет расколото"

- Что происходит, Натан Борисович? - спросил я министра строительства, члена Кабинета безопасности Натана Щаранского утром в воскресенье. Он был явно чем-то расстроен, и можно было догадаться, отчего и почему расстроен этот человек с советским незабываемым прошлым. Беседа наша происходила через день после кошмарного взрыва у входа на дискотеку вблизи моря в Тель-Авиве, в ночь с пятницы на субботу.

- Примерно дней десять тому назад Абу Зиад, один из самых близких людей Арафата, в откровенной беседе с одним из западных парламентариев сказал, что многие израильтяне ошибаются в оценке сложившейся ситуации. Они думают, что отказ Арафата от переговоров и начало "интифады аль-Акса" объединяет весь Израиль против него, а это не так, они просто ничего не понимают. У них займет несколько месяцев понять тот факт, сказал Абу Зиад, что жизнь изменилась, что их дети не могут ходить в школу, что они не смогут продолжать вести прежний привычный образ жизни, все изменилось.
И вот тогда-то начнется новый раскол в обществе, тогда-то израильтяне примут все условия Арафата, включая право палестинцeв на возвращение. Эта беседа проходила дней десять тому назад, я не думаю, что она была как-то связана с подготовкой взрыва в дискотеке, но то, что Абу Зиад выражал определенное идеологическое направление, а точнее стратегический замысел Арафата, это очевидно.
В чем выражается его замысел? Если в течение года, теряя одного-двух солдат в неделю, Израиль довел себя до состояния, при котором он не мог оставаться в Ливане, то сейчас, если он не сумеет в течение нескольких месяцев переварить ситуацию, при которой у него будут постоянные жертвы среди мирного населения, среди детей, жертвы, которые заставят израильтян пересмотреть весь свой образ жизни, то это может привести к тому, что Израиль как общество, как государство падет.
В этом плане то, что в Кабинете безопасности израильского правительства наконец-то без всяких обиняков, сначала специалистами, а потом и политиками, было вслух сказано, что Арафат - это глава террористической организации, который замешан не просто в одном или другом террористическом акте, а в огромной террористической машине, что Арафат - это человек, который манипулирует различными террористическими организациями, направляет их, используя террор для получения политических уступок от Израиля, заставляет смотреть в будущее более оптимистично.

- Натан Борисович, если я правильно понял, все-таки это решение относительно Арафата было принято только после чудовищного теракта в Тель-Авиве.
- Безусловно, решение кабинета по поводу Арафата - это констатация факта, зафиксированная после теракта в Тель-Авиве. Спрашивается, почему это было так трудно сделать прежде? Дело в том, что со времен Осло есть определенная иллюзия относительно того, что единственный, кто может гарантировать нашу безопасность, это Арафат, и чем сильнее он будет как диктатор контролировать жизнь своего народа, тем больше шансов на то, что он сможет обеспечить нашу безопасность. И никакого другого варианта нет, поэтому мы должны так или иначе искать с ним компромисса.
За двадцать четыре часа до этого теракта в Тель-Авиве я сказал в интервью, что Арафат ведет против нас террористическую войну и что нам придется ответить на эту войну войной. Надежды на то, что нам удастся с ним так или иначе договориться, - ошибочные. Я очень рассчитываю на то, что в эти дни мы окончательно преодолеем свои ошибки.

- Натан Борисович, я вас прерву на секунду, но вопрос очень важный. Не слишком ли дорогой ценой нам далось преодоление наших ошибок? Мы платим большой кровью за понимание достаточно ясных, скажем так, фактов.
- Да, безусловно, цена всего этого слишком дорогая. Это во-первых. Даже смерть одного человека слишком большая цена. Во-вторых, тот факт, что нам с вами все это так очевидно и ясно, не означает, что стране, государству, обществу это столь же понятно. Ситуация объективно очень трудная для Израиля. Создать еврейское демократическое государство на Ближнем Востоке, в центре исламского арабского мира, это уникальный эксперимент, которого никогда в истории не было, и нам надо доказывать его жизнестойкость. Кроме того, ситуация очень трудна психологически. Людям все-таки все время хочется видеть быстрое разрешение своих проблем. Либо мы выиграем в течение сорока восьми часов войну, либо добьемся в течение сорока восьми часов мира. Это как бы естественное внутреннее желание человека. Надо смотреть правде в глаза: сегодня у нас нет партнера для переговоров о мире.
С другой стороны, у нас нет возможности выиграть войну в течение сорока восьми часов. Это должна быть долгая, изнурительная, жесткая, последовательная борьба. Но я хочу сказать, что когда люди видят историческую перспективу, когда они понимают смысл происходящего здесь, когда они видят свою цель и свет в конце длинного туннеля, когда они знают, что борются за свое будущее и будущее своих детей и что у них нет другого места, где можно гарантировать это будущее, то жизнь их освещается новым светом.
Проблема состоит в том, что когда чувство связи между народом и этой землей, а точнее - между этим государством и еврейским народом начинает слабеть, то все это ажурное построение дает крен.
Я, естественно, все эти дни нахожусь в контакте с семьями погибших детей, я впервые появился там в двенадцать часов ночи по окончании субботы. Кстати, я второй раз за все годы моей жизни в Израиле нарушил шабат - сначала поехал на заседание кабинета министров, а потом посетил больницы с ранеными. В 11 часов вечера я поехал в больницу Тель а-Шомер... Знаете, ближе к полуночи, когда уже нет телекамер и большая часть друзей разошлась по домам, люди предоставлены самим себе. В этот момент, так сказать, из сердца выходит самое главное. В конце концов, почему люди сюда приехали?
Только циники говорят, что приехали потому, что хотят хорошо заработать. На самом деле эти люди чувствуют, что их жизнь там, практически в любой стране бывшего Советского Союза, так или иначе зависит от воли того или иного правит ельства, того или иного властителя. Сегодня антисемитизм не нужен, завтра антисемитизм понадобится. Эти люди вроде бы уже давно перестали быть евреями, а все равно от антисемитизма не уйдешь. Короче говоря, есть место, есть общество, есть страна, где твое будущее зависит от тебя и от таких, как ты, и есть правительство, для которого самое главное - это защищать евреев, не давать их в обиду. Если это чувство будет ослабевать, то для сионизма это опаснее ядерной бомбы. Поэтому главное, о чем я говорю уже на двух последних заседаниях кабинета, вот в чем: с одной стороны, есть, безусловно, много политических факторов, которые мы обязаны принимать во внимание - как и когда мы можем отвечать, что сделать, чтобы выигрывать, а не проигрывать пропагандистскую войну, - но при этом наш народ прежде всего должен чувствовать, что нет у государства никакой другой цели, кроме как обеспечить безопасность людей, их жизнь здесь, на Земле Сиона.

- Натан Борисович, я немного отвлекусь от темы, хотя это все напрямую связано. Вы коснулись этого. Вы верите в само понятие пропагандистской войны и в победу в этой пропагандистской войне?
- Во-первых, да, верю. Я хочу сказать, что сегодня война ведется не только с помощью танков, пушек и самолетов, но, и даже в первую очередь, посредством органов массовой информации. Если войну выигрываешь в СNN, то, как правило, ты ее не проигрываешь и в действительности. А если твоя правда доминирует на СNN, то тебе гораздо легче получить поддержку от мировой общественности, чем если бы это было наоборот. Во-вторых, мы имеем практическое доказательство того, как важна пропагандистская война: это - победа в холодной войне, когда голос правды диссидентов, который был почти задушен, задавлен, загнан, в итоге был подхвачен, размножен, усилен во всем мире и стал влиять на всю мировую политику, на все экономические, политические, военные действия и интересы Советского Союза. Это связало Союз по рукам и ногам и, безусловно, в значительной степени ускорило и предопределило победу Запада над Востоком. То есть пропаганда - это важнейшее оружие, которое Израиль очень долго недооценивал либо использовал его во вред себе, поскольку разные политические лагеря внутри страны считали, что борьба с противоположным лагерем важнее, чем совместная борьба за победу над мировым общественным мнением.
Так называемый мирный процесс - лучший тому пример...
Вместо того чтобы сделать так, дабы голос тех, кто сомневался в реальности соглашений в Осло, предупреждал об опасности и тоже был бы услышан и принят во внимание, у нас сделали все для его заглушения.
И поэтому я, как один из тех, кто сразу создал группу наблюдения за исполнением соглашений в Осло (то же самое мы делали в бывшем Советском Союзе), пытался как можно громче выражать свои сомнения в правоте происшедшего в Осло.
Там мы были диссидентами, но, несмотря на постоянные попытки КГБ заглушить нас, мир нас все же услышал, Здесь же мы воспринимались как интегральная часть израильского общества, и потому правительство с самого начала предупредило, что не позволит никому за него решать, хороший Арафат или плохой. Они будут решать это сами... И государственные чиновники объясняли всему миру, чтобы на нас, на наши предупреждения не обращали внимания. На самом деле Арафат, мол, просто политически слаб, его усилят, и тогда он станет хорошим. Это, бесспорно, затруднило нашу борьбу. Я верю в то, что мы победим, поскольку правда на нашей стороне, мораль - на нашей стороне и закон тоже за нами.

- Мир все это понимает?
- Мир это далеко не понимает, и не только потому, что он не хочет понимать, а потому, что мы стеснялись, боялись, не хотели, по разным политическим причинам, настаивать на своей правоте и объяснять миру свою правоту. И если мы будем сейчас так же ясно, твердо и последовательно объяснять, кто такой Арафат, как это было сделано на заседании комитета безопасности, если мы не будем бояться показывать это и не будем говорить: подождите, ведь у нас другого партнера не будет, а потому не станем сжигать мосты, - так вот, если мы сами не будем бояться говорить правду и объяснять ее миру, то я думаю, что мир поймет нас. И это очень важно. Нам ни в коем случае нельзя отказываться от этого оружия.

- Натан Борисович, последний вопрос. Несколько фраз - ну все-таки ваш прогноз на будущее?
- Мы признали наконец, что находимся в состоянии войны. Теперь надо сделать следующий шаг и начать действовать по правилам войны. Когда в тебя стреляют из пулемета, ты не можешь разговаривать с пулеметчиком. Он хочет убить тебя, ты хочешь убить его. Другого пути нет. У нас есть сегодня правительство национального единства, которое является гарантом того, что израильское общество не будет расколото. У нас есть все шансы прийти на переговоры с палестинцами, причем совсем не обязательно вести переговоры именно с Арафатом. Это будут те лидеры палестинцев, которых они сами найдут себе и выберут и которые, надеюсь, будут заботиться о благе своего народа. В этом самая главная цель сегодняшнего противостояния. Пока мы подкармливали диктатора и делали все, чтобы нашим партнером был именно тот, у которого интересы собственного народа стоят на последнем месте, а главная цель - мобилизация масс на священную войну против Израиля, шансов на достижение мира не было.
Поэтому первый шаг - это жесткая, бескомпромиссная борьба с террором, второй шаг - создание условий для переговоров с теми лидерами палестинцев, в которых заинтересовано большинство народа. Я уверен, что все это возможно при правильной, сильной и мощной пропагандистски-разъяснительной работе, ведущейся, безусловно, среди наших друзей, но и не только среди них. Если же мы опять позволим другим лидерам решать за нас свою судьбу, пытаться вовлечь нас во всякого рода компромиссы с диктаторами или лидерами террора, без каких-либо серьезных, крупных изменений в политике наших партнеров, то думаю, что наше будущее окажется под угрозой. Но я, как вы знаете, оптимист.

 

Как хочется верить

Лазарь Данович. "Новости недели" от 7 Июня 2001 г.

Наших дочерей и сыновей убивали в полночь. Уходил Международный день защиты детей, унося жизни двадцати из них. Не защитили...

"Русская" дискотека, находящаяся на многолюдном побережье, не попала в список мест, за которыми надобен глаз да глаз. Припаркуйте машину в неположенном месте - вмиг появится "служивый" и прикрепит на ветровое стекло штрафную квитанцию. Но на то, чтобы постоянно - явно и скрыто - патрулировать зону массового молодежного отдыха, не оказалось ни средств, ни ума, ни желания.

За днем, в который мы не уберегли ребят , должен был настать день расплаты с их убийцами. Не настал...

Зверье, взбесившееся оттого, что давно по-настоящему не бито, получило отсрочку наказания. Неужели только для того, чтобы оно успело спрятать когти, облизать клыки, поджать хвост и прикинуться, будто никогда не рвало людей на части? И еще - чтобы у него было время жалобно поскулить из своей грязной клетки авось не вытянут хлыстом по вздыбленной холке?

В день, когда мы оплакивали детей Израиля, мир обязан был проклясть нелюдь по кличке Арафат. Не проклял...

На экранах, украшенных значками ведущих телекомпаний, "раис" тянул к микрофонам свою мерзко дрожащую губу и брехал о том, что не желал смерти еврейским детям. А рядом возвышался ухоженный немец, посетивший его в столь знаменательный для "народа Палестины" час. Убивать мальчиков и девочек .за то, что они - дети евреев, - даз ист шлехт, я-я, натюрлих! Однако даже этот выморочный тезис не стал поводом для переноса или отмены первоочередного посещения министром иностранных дел ФРГ Иошке Фишером главаря бандитского синдиката.

Сегодня говорят, что Фишер повлиял на характер ритуального заявления Арафата, и вообще о том, что Европа наконец-то попыталась объективно взглянуть на происходящее в нашем регионе. Страшно сказать, но не единичные струи, а именно потоки крови заставили Запад впервые за последние восемь месяцев нехотя снизойти к нашим страданиям. Видимо, до 1 июня ее. пролитой израильтянами крови, было недостаточно Но общественное мнение все же не назвало Палестинскую автономию так, как ее давно следует назвать, - устойчивым бандформированием, сообществом убийц и их пособников. Почему-то только в данном случае пресловутая западная политкорректность на удивление корректна, особенно в вопросе национальной принадлежности жертв.

К чести народа Израиля, он-то как раз понял все. Хороня "русских" подростков, страна не могла не осознать, что арабский удар был целенаправленным. Убивая алию сегодняшнюю, подлое племя мечтает погубить завтрашнюю. Чтобы не молодела еврейская страна, не росла вширь, не поднималась ввысь. Из-за того же самого на дорогах расстреливают поселенцев, подгоняют начиненные взрывчаткой машины к дверям школ.

И жутко даже предположить, что выбор "русской" дискотеки "Дольфи" был подсказан ХАМАСу его единомышленниками с расположенных по соседству с тель-авивской "таелет" улиц. Нельзя отрицать, что в безумном националистическом сознании репатриация евреев из бывшего СССР вполне ассоциируется с проблемой так называемых “палестинских беженцев”.

Да, основная часть торгово-ремесленного люда, населяющего арабский Яффо, воспринимает "русификацию" прибрежного района прагматически: репатрианты много и охотно покупают, пользуются услугами гаражей и мастерских, они непривередливы и, в отличие от коренных израильтян, не умеют торговаться до хрипоты. Новые магазины, лавки, базары растут в Яффо как на дрожжах, и их владельцам-арабам не приходится жаловаться на жизнь: знай работай! Внешне все пристойно , по-соседски. Но не исключено, что некая часть арабского населения исходит злобой, глядя на происходящие демографические изменения: "русские" наводнили Яффо, Бат-Ям, Холон, Лод. А не эти ли места числятся в наглых претензиях Арафата на возвращение "палестинских беженцев" на "историческую родину"?

Для палестинцев мы - враги дважды: и как "русские", и как израильтяне. Сложив два понятия воедино, они теперь объявили войну нам, нашим детям, нашему общему с этой страной будущему. И это уже не полуслепой удар по алие, как в 1972 году, когда жертвами мюнхенской трагедии стали израильские олимпийцы - выходцы из СССР. Тогда и алия была поменьше, и головорезы - не были такими "политически грамотными".

Но пусть возмездие гадам, убившим и искалечившим юных израильтян летом 2001-го, будет столь же неотвратимым, как тридцать лет назад, при Голде Меир. Все ждали, что руководители страны твердо пообещают найти и уничтожить каждого, кто причастен к гибели ребят! Не поклялись...

Подавляющее большинство граждан Израиля скорбели в эти черные июньские дни вместе с новыми репатриантами, склоняли головы перед горем родителей и поражались "русской" стойкости. Сам премьер-министр Ариэль Шарон отметил высокое самообладание, с которым община переживала эту трагедию. Но, к сожалению, нашлись господа, которым не терпелось покрасоваться своей личной принципиальностью на фоне общей беды.

Безымянные официальные представители поспешили заранее, до решения Главного раввината, добить отцов и матерей угрозой отказа на захоронение нескольких детей из смешанных семей на общих кладбищах. А вполне именитые депутаты кнессета пустились раздувать вокруг этого страсти, усугубляя и без того тягостную ситуацию. И в этом черствые хранители "духа и буквы" и излишне шустрые "правозащитники" лишь дополняли друг друга, вызывая у нормальных людей чувство неловкости за происходящее. Но и те, и другие своих неуместных ролей до конца не доиграли: не ими был-таки достигнут компромисс, и погибшие ребята обрели вечный покой там, где их решили похоронить родители.

...Я начал с дней, в которые мы не уберегли, не отомстили, не доказали... А закончить нечем. Любой из вас может за меня дописать эту статью: каждые новые сутки могут сделать бессмысленной любую концовку. Увы, мне остается только гадать, как станут развиваться события до четверга, когда вы откроете свежий выпуск нашей газеты. И надеяться, что страшная ночь - такая, как с 1 на 2 июня, больше не повторится никогда. Что всех нас, наконец, покинет тревога за жизнь и здоровье наших детей и родителей, жен и мужей, любимых и друзей, соседей и знакомых. Что мы защитим их силой веры в нашу правоту. Что для этого не нужна большая война. Что враг отступит, струсит. Что нам помогут честные люди. Что не разинут пасти новые могилы. Что все наладится...

Как хотелось бы в это верить! Но как поверить?..

 

Считайте, что вас предупредили

Александр Иванов Независимая газета

Миллиону "русских" евреев предложено покинуть Израиль.

ВСЕМ евреям, эмигрировавшим в Израиль из России, рекомендовано побыстрее вернуться восвояси. Данное заявление прозвучало из уст весьма авторитетного человека - одного из лидеров ведущего палестинского движения ХАМАС Абделя аль-Рантизи - поэтому заслуживает достаточно серьезного восприятия. И не только в русскоязычной диаспоре Израиля.

Палестинские деятели далеко не впервые дают понять "русским израильтянам", что считают их присутствие в регионе излишним. Приток иммигрантов из России продолжается, численность диаспоры превысила за один миллион человек, вновь прибывшие по многим позициям теснят здешних арабов, отбирая у них зачастую лучшие места на производстве, в учебных заведениях и пополняя армейские подразделения.

Как показали выборы последних лет в законодательные органы Израиля, выходцы из России стремятся и в политике играть все более существенную и заметную роль. Поначалу они завоевывали места для своих лидеров в кнессете и в местных органах самоуправления, в основном, числом, а теперь к этому компоненту удачно присовокупили и умение. Причем в "русском" электорате Израиля преобладают правые и национал-патриотические настроения, на которые вынуждены ориентироваться в своих действиях и делегированные ими во власть политики. Отсюда - их жесткие заявления и голосования по большинству вопросов, касающихся поведения израильского руководства по отношению к палестинцам, стремление пролоббировать антиарабские действия в политической среде других стран и прежде всего на бывшей Родине, т.е. в России.

Рано или поздно расширение влияния "русских" конкурентов на маленьком пространстве ближневосточного региона должно было вызвать более активные меры со стороны палестинских политиков. Поскольку прежние мягкие увещевания и предупреждения по журналистским или дипломатическим каналам никакой заметной отдачи не приносили, некоторые наиболее ретивые руководители ударных группировок решили напомнить о существовании и более радикальных мер воздействия на сознание "русских израильтян".

Вышеупомянутый Абдель аль-Рантизи, рекомендуя репатриантам поскорее вернуться в Россию, обратил их внимание на последние взрывы у дискотеки и ресторана в Иерусалиме.

"Считайте, что вас предупредили!" - весьма зловеще процедил он в своем выступлении по одному из кабельных телеканалов в Катаре. И добавил, что всецело одобряет подобные методы борьбы с Израилем.

В связи с этим несколько по-иному воспринимается июньская трагедия в иерусалимской дискотеке "Дольфи", унесшая жизни двадцати парней и девчат. Так ли уж случайно тогда было выбрано место для террористического акта? Не только в том смысле, что жертвами радикальной группировки "Исламский джихад" стали именно юные израильтяне, но и в том тоже, что в "Дольфи" всегда тусовались прежде всего дети репатриантов из России и других стран СНГ. Это именно их тела были по велению свыше брошены в ту роковую ночь на алтарь ближневосточной бойни.

Если это произошло преднамеренно, если тогда на мушку была взята именно молодая поросль "русских израильтян", а теперь - не с упреждением, но как бы вдогонку, что придает данному процессу лишь еще более зловещий характер - озвучено предупреждение о новом ответвлении джихада, то это вносит новые нюансы в происходящие в регионе процессы. Появляется повод для того, чтобы не просто задуматься над происходящим, но, наверное, и внести соответствующие коррективы в свою ближневосточную политику российским дипломатам. Так ли уж нам безразлично, что происходит с нашими бывшими соотечественниками, занесенными ветрами судьбы к подножию Сиона? Нуждаются ли они если не в нашей прямой защите, то хотя бы в косвенной поддержке? Нуждаемся ли мы в них или считаем "отрезанными ломтями", которые как только с глаз долой, то и из сердца вон? Но ведь каждый из этих "ломтей" 30 лет или 30 месяцев назад был составной частью какой-то российской общины, семейной или служебной, и большинство остальных ее членов осталось среди нас и порой с замиранием сердца воспринимает вести из Земли обетованной. И не только оттуда, но и из гораздо более флегматичных регионов типа Прибалтики.

Так уж случилось, что миллионы бывших россиян по собственной ли прихоти или нередко по вине наших же российских политических вождей живут ныне за кордоном, но при этом не теряют связи с метрополией, сохраняя порой, хотя бы в далекой глубине своей души, надежды на ее подмогу в трудный момент. Подобная ситуация в мире далеко не экзотична, представители десятков наций разбрелись по всему свету. И мало какая метрополия так бездарно распоряжается подобной ситуацией, как Россия. Для США присутствие даже десятка американцев в любой точке земного шара не раз служило поводом для военной или чаще политико-дипломатической агрессии. Забота об интересах "своей" диаспоры всегда может в нужном случае обернуться лоббированием собственных политических интересов в данной стране или регионе. Пусть это звучит достаточно цинично, но политика вообще и дипломатия в частности изначально циничны по заданности своих целей и содержания.

Россия по известным причинам утеряла значительную часть возможностей влиять на процессы, происходящие на том же Ближнем Востоке или в той же Прибалтике. Но если она намерена сохранять присущий ей в силу хотя бы географических размеров и военной мощи статус мировой державы, с которой должны считаться главные политические партнеры и тем более партнеры помельче, то она должна искать новые, полузабытые или еще не опробованные рычаги влияния на ситуацию в различных регионах планеты - ради, извините, своекорыстных, но имеющих право на существование интересов и, уж тем более, ради поддержания мира и спокойствия в данной точке земного шара. Благо, что учиться этому нам есть у кого.

 

ШОК, БОЛЬ И СКОРБЬ

Софья ВАСИЛЬЕВА Невское время No 100(2560) 6 июня 2001 г.

 

Наш собственный корреспондент передает из Иерусалима что испытывают в эти дни в Израиле. За восемь месяцев кровопролития, развязанного палестинскими террористами и названного ими "интифадой Аль-Акса", погибли 112 израильтян. В ночь с 1 на 2 июня скорбный список жертв террора пополнился семнадцатью именами юношей и девушек, погибших при взрыве у входа в диско-клуб на тель-авивской набережной. Позднее еще три человека скончались от ран.

В воскресенье одна из ведущих израильских газет "Маарив" вышла с огромным заголовком на первой странице - по-русски и на иврите было написано: "Плачем по нашим детям". Действительно, большинство погибших были детьми русскоязычных репатриантов в возрасте от 14 до 18 лет. Злая гримаса судьбы - 1 июня во всем мире отмечается как День защиты детей.

А на палестинском сайте в интернете появилась статья, в которой говорилось: "Клуб-дискотека на тель-авивской набережной являлся одним из самых популярных мест отдыха сионистских военнослужащих в выходные дни, особенно в пятницу вечером. Возле входа в клуб стояла большая очередь. Палестинский партизан проник в середину толпы и взорвал укрепленную на его теле бомбу. В результате взрыва 20 оккупантов погибли и 124 ранены".

Всю ночь телевизионный канал террористической организации "Хизбалла" демонстрировал поочередно кадры с места взрыва и ликование в палестинских городах. Телевидение Абу-Даби показало интервью с отцом террориста-смертника Саиба Хутари. "Я горжусь своим сыном, - сказал он. - Если бы у меня было еще двадцать сыновей, я отдал бы их всех для дела борьбы с сионистским врагом".

Сразу несколько террористических организаций взяли на себя ответственность за теракт: сначала с таким заявлением выступил представитель "Исламского джихада", затем лидер "Палестинской Хизбаллы". Руководство ХАМАСа сообщило, что в их распоряжении еще пять шихадов (террористов-камикадзе), готовых выполнить любое задание на территории Израиля.

Председатель палестинской администрации Ясир Арафат под сильнейшим нажимом со стороны США публично осудил теракт и пообещал приложить все возможные меры для скорейшего прекращения насилия. Беспрецедентное давление было оказано на Арафата и правительствами ряда европейских стран, пригрозивших разрывом дипломатических отношений.

Всем командирам палестинских вооруженных формирований Арафат отдал приказ прекратить огонь "до особого распоряжения". Тем не менее многие факты свидетельствуют о том, что престарелый лидер палестинцев уже не может остановить маховик террора. Он не в состоянии вернуть за решетку выпущенных из палестинских тюрем боевиков террористических группировок. Он не обладает даже полным контролем над своей личной охраной - "Отрядом 17" и тем более не может заставить подчиниться его приказам 50-тысячную армию, так называемую палестинскую полицию.

Более того, израильские военные аналитики полагают, что Арафат не только не может прекратить террористические действия, но и не хочет, а сделанные им заявления рассматривают всего лишь как тактическую уловку, предпринятую для того, чтобы предотвратить полномасштабную военную операцию, намеченную командованием израильской армии.

С момента теракта прошло уже несколько дней. Все это время идут почти беспрерывные заседания кабинета министров и военного командования. С утра до позднего вечера перед правительственными зданиями проходят стихийные демонстрации. Народ требует принятия жестких мер. Что-то уже сделано. Ужесточен режим изоляции палестинских городов, помимо магистральных шоссе, перекрыты все боковые дороги и обходные тропы. Сектор Газа дополнительно блокирован с моря. Аэропорт Дахания закрыт для всех полетов, в том числе и личного самолета Арафата. Ни одному жителю палестинской автономии не разрешено работать на территории Израиля. Правительство аннулировало все карточки VIP, выданные руководству ПА. Армии дано право действовать на территориях, находящихся под полным контролем ПА.

Но многие считают эти меры недостаточными. Да и в самом правительстве все слышнее голоса тех, кто считает, что надо официально объявить войну тем, кто уже давно воюет против Израиля. "Наше правительство выбирали в первую очередь для того, чтобы устранить дамоклов меч террора, постоянно занесенный над головами граждан Израиля" - утверждает министр национальных инфраструктур, лидер партии "Наш дом Израиль" Авигдор Либерман. - Необходимо немедленно разрушить всю инфраструктуру террора на территории ПА, все здания так называемой палестинской полиции, склады, военные сооружения, лаборатории по изготовлению взрывчатки, заводы, производящие минометы. И самое главное - разоружить боевиков террористических группировок".

Левый лагерь, представители которого так же входят в правительство национального единства, придерживается другого мнения. Они считают, что партизан, а именно таким благородным термином называют они террористов, нельзя победить с помощью военных действий и надо двигаться по дороге мира, несмотря ни на какие жертвы.

Между тем в истории ХХ века можно найти примеры, доказывающие, что войну против партизан выиграть можно, но только одним способом - уничтожив их базы. Зная биографию Шарона, можно предположить, что и для него этот способ наиболее приемлем. Но станет ли он так действовать, вернее, позволят ли ему это? Ответ на этот вопрос мы получим уже в ближайшее время.

Все эти дни Израиль хоронит погибших. Покрытых бело-голубыми флагами со звездой Давида, их бережно опускают в землю, на которой они прожили так мало.

В больницах Тель-Авива медики борются за жизнь девяти тяжелораненых, и весь народ молится за их выздоровление.

А на территориях, граничащих с палестинской автономией, продолжаются бои. Пока - местного значения.