С чем мы воюем

Аркадий Малер "Новости недели" 7 Июня 2001 г.

Верно не с кем, а с чем Мы снова в драке, не с арабами Палестины, не с Арафатом, ХАМАСом или "Исламским джихадом”.

Мы сражаемся с очередным мифом, с мифологическим сознанием целого народа

Отсюда и все наши проблемы, отсюда иррационализм кровавого конфликта с соседями, здесь и корни мировой юдофобии, терзающей народ еврейский не первое тысячелетие.

Арафат не мог подписать мир с Бараком, как не мог сам себе подмахнуть небрежно смертный приговор. Раис был вполне искренен, когда сказал, что в случае заключения мира президент Клинтон "приехал бы в Палестину не в гости ко мне, а на мои похороны”.

Точное замечание. Мир нужен здравому смыслу, жизнелюбию, творчеству. Мифу нужна только война. Арабский народ сегодня - это народ мифа. Вот почему не увидеть нам мира с арабами. Боюсь, и детям нашим это не удастся. Создать миф гораздо проще, чем его разрушить.

Когда-то, всего лишь 600 лет назад, арабы не были склонны к мифотворчеству. Им было достаточно чудных сказок "1001 ночи”. Арабы жили полноценной судьбой мощного, веротерпимого, просвещенного, по тем временам, государства. Арабский халифат славился передовой наукой и изысканным искусством.

Христианская Европа уничтожила, унизила, сломала единое арабское национальное сознание, на века отбросила этих семитов в сторону от магистральных путей общего исторического развития.

Униженность нации, ее разобщенность и бедность - основная причина возникновения мифа. Миф - единственное спасение в безысходности существования народа. Он спасителен для психики нации, как наркотик для наркомана. Миф изворотлив, хитер и всегда основывается на яде лжи.

Арабам не приходит в голову обвинять во всех своих бедах, например, Испанию и испанцев - подлинных виновников крушения Халифата. Людей, живущих на “исконных” арабских землях.

Нет, арабский миф, способствующий, как кажется арабам, возрождению нации, острием своей ненависти направлен на Израиль и евреев, народ совершенно лояльный (в свое время) к Империи арабов. Народ, чей интеллект в те давние века был направлен на созидание, на укрепление и развитие Халифата.

Испанцы 15 века понимали это. И, разделавшись с арабами, принялись за евреев.

Европейцы на долгие века сломали хребет арабской нации. Христианство унизило ислам, но за чужие грехи, как водится отвечать приходится евреям. Арабам не нужна Испания .Им нужен для утверждения национального достоинства крошечный Израиль. И чужая земля, где они жили лишь как беженцы или захватчики.

Конкретность и злую силу мифа остро ощутил в Иордании. Мы стояли спиной к редким, слабым огням нищего, чудовищного в своей бедности лагеря палестинских беженцев в этой стране. Перед нами, внизу, по ту сторону границы, сиял Израиль. Именно, СИЯЛ. Я не могу подобрать другого, более скромного, что ли, слова.

Позади нас была страшная ночь, мрак, вакуум, пустота. Перед нами море огней, царство света.

Я представил себе араба из лагеря беженцев, вынужденного каждый вечер и ночь любоваться подобным зрелищем. Представил отчаяние голодного и отверженного, ярость, жажду мести. Его больное сознание воспитано мифом о еврее. Он не станет искать свою вину и вину соплеменников в жалкой своей судьбе. Гораздо проще убедить себя, что во всех бедах несчастных беженцев виноват Израиль. И в то, что обрести национальное достоинство, свободу и достаток можно только одним путем погасить огни по ту сторону границы, задуть свет чужой и благополучной жизни.

Араб из лагеря беженцев знать не хочет, что перед ним государство таких же беженцев, как и он. Людей, прежде униженных, оскорбленных бесправием и вечной жертвенностью. Он не в силах поверить, что перед ним братья, как и в давние века, способные помочь в его беде, гораздо больше, чем те, кто прикидывается друзьями несчастного араба Палестины.

Трагедию беженцев нашего региона создали сами арабы сопредельных с нами стран. Им, захваченным тем же мифом, нужна ударная сипа, направленная на уничтожение Еврейского государства. Это правда. Все остальные разговоры о “самоопределении палестинского народа”, о “национальной независимости”, “о возвращении беженцев в свои дома” - всего лишь хитрый камуфляж обычного, сотворенного из ненависти и жажды крови мифа.

Своим красноречивым признанием Арафат хотел намекнуть просвещенным американцам, что он, человек цивилизованный, вынужден следовать в русле представлений своего “дикого” народа.

Хитер это престарелый лис. Он прав, знает, о чем говорит. Десятилетия сам раис воспитывал в арабах территорий ненависть к евреям и Еврейскому государству. Он не гнушался ничем, создавая миф о нашей вине за нищету и бесправие “великого палестинского народа”. Да и теперь только по его приказу народ мифа решился на прямой погром, на агрессию против Израиля.

И дело в том, что и сам палестинский народ - миф, сочиненный идеологами Кремпя (не без участия наших либералов). Никогда не было и не будет такого народа. И нечего удивляться, что народ мифа может существовать только во лжи о себе и о своих соседях. Во лжи и ненависти.

Помню Газу года сравнительного покоя Нам, русскоязычным журналистам, решили показать этот город. Мальчишки мирно, с улыбкой, клянчили шекели у наших автобусов. Кому-то дал монету, кому-то нет. И этот обиженный мгновенно нагнулся и поднял с земли камень. Нас бдительно охраняла полиция, и мальчишка получил от усатого жандарма увесистую затрещину Все на тот раз обошлось.

За шекель я бы смог купить еще одну улыбку того ребенка. Без шекеля рисковал получить булыжником в лоб. Этот мальчишка был воспитан мифом и нищетой одновременно.

Мой сын задолго до последней интифады сопровождал на военном джипе поселенцев в той же Газе. На повороте дороги, когда машины замедляли ход, к автобусу от соседнего футбольного поля мчались мальчишки, вооруженные камнями. Они делали это заученно, привычно, как по команде. Главным уроком в школе, где они учились, был урок ненависти, урок мифа.

Арафату, одному из творцов арабской лжи о еврее и сионизме, нужен свой собственный, униженный, обескровленный народ. Свои дети, готовые не только швырять камни, но и погибать по приказу. Ему нужен народ страдающий, народ самоубийц, народ с искаженной, фанатичной психикой.

Одному из отцов мифа необходим сам миф как гарантия его власти и неприкосновенности личности. Прежде миф этот был основан на идеях социализма, ныне он все больше начинает опираться на фанатиков ислама. Все верно, кто платит, тот и заказывает музыку.

Мифом захвачены и сами арабы Израиля. Уж кому-кому, как не им должно быть понятно, что существование внутри Еврейского государства подарило арабам возможность свободной, сытой и даже привилегированной жизни. Так нет же, и у этих, самых благополучных арабов мира, сжимаются кулаки при одном имени еврея. Миф всесилен.

И глубоко несчастны все народы, живущие под диктовку мифа Приведу цитату из свежего номера газеты "Патриот", выходящей многотысячным тиражом в столице Российской Федерации " Инородцы веками пытаются возглавить и вести за собой Русский РОД Но в жилах Русичей течет кровь Правителей людского Рода Земли Говорят, это имперское мышление Нет - это Генетическая память арийских предков, хранителей Единой Ведической цивилизации планеты Иудеи - не народ, ибо нет такого народа Иудейство - это на самом деле мозговой программирующий вирус, заражающий и отравляющий нормальных людей, имеющий цепью сделать из них биороботов, паразитирующий на национальном сознании, разрушающий творческое, божественное начало РОДА и ПРИРОДЫ”.

Вы прочли концентрированное выражение русского, коричневого бреда, лишь подправленного кровавым, нацистским мифом. Слегка подретушированную кальку с опусов Геббельса и самого фюрера.

И нам, евреям, приходится учитывать, что прежние войны СССР против Израиля, нынешняя внезапно вспыхнувшая любовь Кремля к Ирану, Ираку и Сирии - это всего лишь очередная и привычная попытка следовать в русле национального погромного мифа.

Все несчастья России объясняются фатальной склонностью к мифотворчеству, к полному неумению и нежеланию возложить на свой, собственный народ вину за его неудачи, пороки, преступления. Миф освобождает от ответственности, но он же делает безнадежными всякие попытки пораженных им народов выбраться из бездны нищеты и бесправия.

“Жить не по лжи” - советовал “русичам” А.Солженицын. Значит, не по мифу, но сам же этот писатель - во многом раб мифологического сознания. Причины этого понятны: отчаяние, бессилие, невозможность выбраться из морального и физического тупика. Россия, надо думать, жила, живет и будет жить по лжи, если даже такие люди, как Солженицын, склонны искать спасение в откровенном шовинизме.

Больны ли мы, евреи, склонностью к мифологическому сознанию? Бесспорно. Есть два кондовых мифа, давно мучающих народ еврейский это миф о фатальном всевластии денег и миф о том что ассимиляция способна спасти евреев от агрессии зла.

Есть, правда, существенная особенность еврейского мифотворчества Наши мифы разрушают, прежде всего, сам еврейский народ и подрывают основы Израиля. Их разлагающая сила направлена вовнутрь нашего национального организма Говоря проще, мы в этом безумном мире психи тихие, а не буйные.

И в этом своем тихом психозе никак не можем понять, что нужно от нас безумцам буйным В последнее время все чаще слышу слова боли, отчаяния, безнадежности от израильтян новоприбывших и даже коренных жителей. И происходит это чаще всего потому, что нам вновь приходится сражаться не с армией врагов и даже не с террором, а со старым, замшелым, пропахшим потом страха и крови мифом.

Наивные евреи удивляются, как это может Арафат лгать, что мы забрасываем в Газу конфеты отравленные, уморили газами муфтия и боеприпасы у нас какие-то особые, с урановой начинкой. Ничего удивительного. Человек мифа не может вести себя иначе еще и потому, что невольно выдает во лжи и клевете порядок своих собственных намерений по отношению к евреям.

Народ, способный взрывать своих собственных детей для того, чтобы убить детей другого народа, и убежденный, что арабские дети при этом отправятся прямиком в рай, а еврейские - в ад, определенно и тяжело болен психически. Подобное случается, и не так уж редко, о чем свидетельствует история.

Нам трудно осознать, кто наш настоящий враг. Нам не хочется верить, что соседний и родственный нам народ ходит “со справкой”. Но это, к великому сожалению, так, и обычный, банальный, общепринятый мир с этим тяжело больным врагом невозможен. Сегодня возможна только сокрушающая и отрезвляющая победа над народом, страдающим синдромом мифологического сознания. Победа, необходимая самому этому больному народу прежде всего.

История германского фашизма - прямое тому доказательство.

Миф и язычество связаны воедино. Нет мифа без язычества. Нет язычества без мифа. Идея монотеизма, как и прежде, противостоит ереси идолопоклонников. Ереси, прячущейся порой под маской истинной веры, но веры не своей, заемной, а потому и существующей под вечной и зловещей тенью комплекса неполноценности. Чаще всего именно по этой причине тайное язычество наших соседей и создает юдофобский миф, с которым вот уже десятки лет вооруженный Израиль ведет схватку. Израиль безоружный тысячелетия был несчастной жертвой этого мифа.

В противостоянии язычеству и мифологическому сознанию - вся трагическая сложность нашей судьбы и в рассеянии, и в своем государстве.

 

Теперь у меня нет сомнений

Роман Уколов Иерусалим-Тель-Авив

Молодые репатрианты из России не простили террористам погибших в июне друзей

ОКРАИНА Тель-Авива. Пропускной пункт со шлагбаумом и вооруженной охраной. Здесь на территории госпиталя "Тель Ха-шомер" расположен детский ортопедический реабилитационный центр. Скоро три месяца, как врачи и персонал этого медицинского учреждения пытаются вернуть к нормальной жизни детей, пострадавших в результате июньского теракта у дискотеки "Дельфинариум" на набережной Тель-Авива.

В ночь с 1 на 2 июня у входа в дискотеку террорист-камикадзе взорвал бомбу, начиненную металлическими шариками. В тот вечер погиб 21 человек и более 100 были ранены. "Дельфинариум" пользовался популярностью у репатриантов из бывшего СССР, поэтому практически все убитые и раненые в недавнем прошлом - наши соотечественники. Кроме этого в тот роковой вечер вход в дискотеку для девушек был бесплатным, и потому среди жертв теракта их большинство.

В коридорах реабилитационного центра тихо. На диванах сидят несколько посетителей и пациентов - из тех, кто может передвигаться самостоятельно или на кресле-каталке. Заметив наше замешательство, к нам направляется медсестра и спрашивает о цели нашего визита. Получив исчерпывающую информацию, она провожает нас в одну из палат. Здесь лежит 15-летняя Соня. Кроме нее, нас встречает Сонина мама, а пока мы представляемся и рассказываем о цели своего визита, приходит и Сонин папа. Выясняется, что мы пришли очень вовремя: именно сегодня Соню забирают из клиники домой. Но, несмотря на сборы, семья все-таки находит время поговорить с нами.

В тот злополучный вечер Соня не хотела идти на дискотеку. Сама она плохо помнит, но мама говорит, что Соня неважно себя чувствовала и была не в настроении, однако друзья все-таки убедили ее пойти повеселиться. Детали того вечера Соня вспоминает с трудом. К дискотеке она приехала в 12-м часу ночи, встретила своих друзей, и они вместе встали в очередь на вход. К моменту взрыва Соня и ее компания находились в самом центре толпы - фактически в нескольких метрах от террориста-смертника.

"Я почти ничего не помню. Я только слышала взрыв и почувствовала, что падаю, - рассказывает Соня. - Мне казалось, что это происходит очень-очень медленно. Я видела, как падают другие люди, и среди них - мой знакомый Илья. Он погиб в этот вечер. Потом все стало темно, и я как будто провалилась куда-то. Следующее, что я помню, - это как другой мой знакомый поднимает меня на руки и несет в сторону. Потом подходили какие-то люди, и я слышала голоса. Меня спрашивали, как я себя чувствую, что у меня болит. Но у меня ничего не болело: врачи потом сказали, что я была в шоке. Тот мой знакомый, который первый пришел мне на помощь, рассказал, что я лежала на других людях, и на мне тоже лежали люди. Потом я снова ничего не помнила и пришла в себя только в амбулансе (машина "скорой помощи". - Р.У.). Потом была больница. Я лежала вместе с моей хорошей знакомой Женей - мы вместе пришли на дискотеку. Женя умерла 19 июня. В тот день у меня был день рождения..."

Террорист явно не случайно выбрал время и место теракта. Во-первых, именно в пятницу в Израиле начинаются выходные и молодежи в публичных местах собирается больше обычного, а "Дельфинариум" - одна из наиболее посещаемых дискотек. Во-вторых, внимание террористов привлекает ее статус "русской дискотеки": палестинцы убеждены, что необходимо запугать переселенцев из бывшего СССР, чтобы те перестали приезжать в Израиль. Однако, по мнению молодых репатриантов из России, палестинцы добились прямо противоположного. Если до июньского теракта большинство молодых эмигрантов-россиян нейтрально относились к арабо-израильскому конфликту, то сегодня большинство из них собираются идти в армию, и по возможности - в боевые части. Бывший россиянин Кирилл, чей друг погиб у "Дельфинариума", сказал: "До недавнего времени я еще сомневался, стоит ли мне ненавидеть палестинцев. Теперь у меня таких сомнений нет. Если я кого-то в своей жизни ненавидел и ненавижу больше всего, так это арабских террористов и вообще всех палестинцев. Если у меня будет возможность участвовать в боевых действиях, я приложу все свои силы, чтобы убить как можно больше арабов..."

В соседней с Соней палате проходит курс реабилитации 17-летняя Рита. Тот день она помнит очень хорошо: сдала очередной экзамен в лицее и решила отметить это событие с друзьями. Рита пришла к "Дельфинариуму", но, к счастью, оказалась не так близко к эпицентру взрыва. Но ее лучшая подруга Симона погибла: осколки пролетели мимо, а девушка, как установили врачи, умерла от сердечного приступа.

Рита ничего не говорит о своей боли. По ее словам, ей ничего не угрожает, она и дальше будет жить полноценной жизнью, и боль останется только в ее сердце. Но чего она не может понять и никогда не поймет - почему весь мир так активно выступает в защиту палестинцев: "Мне кажется, эти заевшиеся американцы, и кто там еще с ними, просто не представляют себе, что такое палестинский терроризм. Они не были здесь, на месте взрыва. Это невозможно описать словами: покалеченные тела, оторванные руки и ноги и кровь - очень много крови. Кровь везде: на асфальте, на стенах, на одежде уцелевших... Неужели люди во всем мире думают только о тех несчастных палестинских детях, которые гибнут в интифаде? Они просто не задумываются, что израильские солдаты стреляют в палестинцев не ради забавы, а ради сохранения собственной жизни. И я не могу понять палестинцев: за что они убивают безоружных детей? Мы не военные, мы не на их территории - мы просто пришли на дискотеку. Неужели это все ради того, чтобы попасть в рай с семьюдесятью двумя девственницами?"

У Риты в палате - целая подшивка газет со статьями об июньском теракте. Половина из них - с пропалестинскими заголовками. В одной из таких статей - фотография террориста-смертника и его отца. Под нею - отеческое признание: "Я мечтаю, чтобы у меня было двадцать сыновей, и все они погибли такой же смертью..."

 

Новый конец или старое начало

Давид Маркиш. "Новости недели" от 7 Июня 2001 г.

Кто-то из высоких наших чиновников заметил, что, чем больше времени проходит со дня теракта у дискотеки “Дольфи”, тем меньше остается шансов на нашу акцию возмездия Подмечено совершенно точно: потеряв голову, по волосам не плачут. Или, как ещё говорят, - дорога ложка к обеду. Но тот чиновник не сказал лишь одного, в последний ли раз упустили мы возможность нанести полномасштабный удар по противнику - по его штабам, инфраструктуре, казармам, по логову сидящего на своем колесе гнусноголосого шейха Ясина со товарищи. Или у нас впереди немало еще поводов для “неадекватных" действий?

Казалось бы, террористический акт у дискотеки в полночь положил конец нашему терпению, которое почему-то называют проявлением сипы. Но вот убитые мальчишки и девчонки преданы земле - кто на еврейских кладбищах, кто на христианских или кибуцных, - и волны нашего гнева понемногу улеглись. Быть может, сердито скрежещут зубами лишь те, кто ждет суда за участие в “беспорядках" у мечети Хасан-Бек, -эти нарушители общественного спокойствия, швырявшие камни в толстые стены мусульманской крепостицы посреди еврейского Тель-Авива. Впрочем, и здесь, как известно, не обошлось без бумеранга: засевшие в мечети арабы, поднаторевшие за месяцы интифады в древней воинской забаве, отвечали “огнем на огонь”, и их камни не пролетали мимо цели . Сегодня краснобаи рассуждают о том, что лишь стечение обстоятельств спасло мечеть от разрушения: на дворе стояла святая суббота, тысячи потенциальных камнеметателей не смогли по этой причине прибыть на место боевых действий. Так или иначе, но и этот бой мы продули. Как тут не вспомнить о разгроме могилы Йосефа...

Передают, что правительство в тот день было настроено решительно, Генштаб предложил цели для атак, боевые пилоты ждали команды на взлёт. Потом что-то случилось, что-то помешало естественному развитию событий. Армейский план был положен в сейф, сейф заперт на ключ. Пропаганда на все лады взялась нахваливать “соломоново решение": теперь, мол, весь мир увидит, какие мы хорошие, какие цивилизованные. Вместо того чтобы контратаковать, мы терпеливо подставляем вторую щёку, хотя это - извините, конечно, - чисто христианское поведение. Зато все культурные, воспитанные люди увидят, что мы готовы приносить большие жертвы в борьбе за мир. Сегодня - молодых людей, пришедших поплясать и повеселиться, завтра - детей и стариков, послезавтра - государственную независимость.

Евреи начинают забывать о том, зачем и по какой причине мы очутились здесь, на восточном побережье Средиземного моря. Начинают забывать о том, что Израиль - это не Уганда и не Биробиджан, что разговор с мусульманским миром идет не о пересадочной станции, не о лагере беженцев. Мы не на курорт с красивыми пальмами и дешёвыми апельсинами приехали - мы вернулись домой А когда в твой дом врываются бандиты, хозяин берется за оружие - эта практика не подверглась изменению за тысячелетия, и нынешний новый век едва ли внесет коррективы в это депо.

В галуте мы склонны были искать чужую любовь: “Ах, нас не любят, ах, нас не жалеют!” Сегодня у нас есть собственная страна, собственный Еврейский дом, за который заплачено куда больше, чем четыреста шекелей авраамова серебра. Нам не нужна чужая-любовь, хорошо бы жить в ладу друг с другом - в воюющей стране, даже если и объявлено о виртуальном одностороннем прекращении огня, это куда как важно.

Но важно и другое: сознавать, что непристойно плясать на дискотеке, когда ежедневно зарывают в землю убитых в этой войне. Непристойно под вой минометных снарядов устраивать свадьбы в зеркальных банкетных залах с диск-жокеями - или как там они называются, с сотнями притащенных гостей, Браки заключаются в сердце, а не в банкетном зале с железным сундуком для чеков.

Но государство, власть думает, по-видимому, иначе. Нас с упорством, достойным лучшего применения, призывают и уговаривают “жить, как всегда” - делать, иными словами, вид, что ничего не происходит. Приводят и пример из прошлого: в Шестидневную войну тель-авивцы, не занятые в боевых действиях, попивали себе кофеёк в прибрежных кафе. Но сочные примеры из прошлого хороши для исторических романов, а не для практической повседневной жизни. Мы живём в обстановке чрезвычайного положения, в военное время. Только слепой этого не видит и продолжает колотить своей палкой по камням мостовой и по ногам прохожих.

 

Тихое эхо взрывов

Аркадий КРАСИЛЬЩИКОВ. "Новости Недели", четверг 5.12.2002

Шекспир сказал: "В их безумии есть метод". Метод наших безумцев-соседей - взрыв и последующее эхо взрыва. Без многоцветного, многоликого, шумного, бурного отголоска и сам взрыв теряет смысл.

Вся энергия гнева и справедливого возмездия должна "уходить в свисток". Она и уходит в невольном единстве наших "миротворцев" с террористами.

- Мы, наверно, еще не научились точно реагировать на весь этот ужас, - говорит Саша Эльштейн. - Мы реагируем на теракты так, будто это новость, призванная нас развлечь в очередной раз. Будто насильственная смерть людей - это неизбежное стихийное бедствие. И случается оно только для того, чтобы у журналистов появился материал для новостных блоков.

Саша Эльштейн создал тихое, еле слышное эхо взрыва: сайт в Интернете. На электронный этот адрес "приходят" люди, как на кладбище, как к могиле жертв зла. Только такое эхо ему кажется возможным, а не бурная, спекулятивная реакция на каждый теракт израильских СМИ, да и средств массовой информации всего мира тоже.

 

Взрыв

Аркадий Шустеров, опубликовано в газете "Новости недели" 

 

 

 

 

Ночь. Снова ночь. И не уснуть. Не забыться. И все время видеть ее лицо. И не верить, что ее уже нет, и не коснуться уже больше никогда ее рук, и не погладить каштановые волосы, не заглянуть в серые, в восторге распахнутые миру глаза. Нет ее ласковой доброй Машеньки, ее красавицы, ее дорогой доченьки. А она, давшая ей жизнь, вложившая в нее всю душу, жива! И не разорвалось сердце после этого страшного взрыва. И уже нечем плакать - выплаканы все слезы.