Близкие жертв теракта в "Дольфи" просят оставить им хотя бы стену



Вчера, 1 июня, около памятника
Алена Шапортова и Любовь Талкер, мать погибшей Катерины Кастанеды

Алена Шапортова с подругой Галей Годман
Фаик Кулиев
Таня Вайс
Татьяна Медведенко с портретом дочери Марианны
Близкие и друзья Ани Казачковой
На церемонии памяти жертв теракта в 'Дольфи'. 1 июня 2008 года, Тель-Авив
На церемонии памяти жертв теракта в 'Дольфи'. 1 июня 2008 года, Тель-Авив
На церемонии памяти жертв теракта в 'Дольфи'. 1 июня 2008 года, Тель-Авив
На церемонии памяти жертв теракта в 'Дольфи'. 1 июня 2008 года, Тель-Авив
На церемонии памяти жертв теракта в 'Дольфи'. 1 июня 2008 года, Тель-Авив
На церемонии памяти жертв теракта в 'Дольфи'. 1 июня 2008 года, Тель-Авив

 

Близкие жертв теракта в "Дольфи" просят оставить им хотя бы стену 

Памятник жертвам теракта в 'Дольфи'На церемонии памяти жертв теракта в 'Дольфи'. 1 июня 2008 года, Тель-АвивНа церемонии памяти жертв теракта в 'Дольфи'. 1 июня 2008 года, Тель-АвивНа церемонии памяти жертв теракта в 'Дольфи'. 1 июня 2008 года, Тель-Авив


Вчера, в воскресенье 1 июня 2008г в Тель-Авиве состоялась торжественная церемония, посвященная памяти погибших в теракте на дискотеке "Дольфи". У памятника на тель-авивской набережной возле Дельфинариума собрались близкие и друзья погибших.
 На торжественной церемонии, проходившей при участии министра абсорбции Яакова Эдри, представителей партий и общественных организаций, в этот день вновь прозвучали имена всех, кто погиб 1 июня 2001 года в одном из самых кровавых терактов за последние годы. К памятнику погибшим в "Дольфи" были возложены цветы и венки.
 Среди возлагавших цветы было немало молодых людей, которые получили ранения в ту страшную ночь 7 лет назад, когда палестинский смертник взорвал себя при входе на популярную среди "русских" подростков дискотеку. В результате того взрыва погиб 21 человек, десятки были ранены.
 История одной жизни: Алена Шапортова 
 Алена Шапортова была в числе раненых, состояние которых оценивалось как "критическое". Взрывом было сильно повреждено левое полушарие мозга. В коматозном состоянии она провела 12 дней. Врачи готовы были признать свое бессилие, но мать Алены настояла на том, чтобы девочку не отключали от аппаратов. В возможность реабилитации когнитивных функций мозга верили единицы.
 Вчера Алена с матерью пришли на торжественную церемонию, чтобы поддержать родителей погибших детей, и согласилась побеседовать с корреспондентом NEWSru.co.il. 
 Алена, как складывается твой день? 
 – Лечебные процедуры. Потом Риканатти. Учусь читать-писать.
 "Но на это уходит целый день, – говорит Наташа Корец, социальный работник, сотрудник центра помощи репатриантам в кризисных ситуациях СЕЛА. – То, что это девочка выжила – просто чудо. Правда, Алена?"
 – Правда (почти неслышно).
 Риканатти – это процедура по восстановлению памяти?  
 – Память не восстановишь, – отвечает родственница Алены. – Ей приходится все учить заново. Вот, если правое полушарие возьмет ответственность за левое, тогда…
 Алену сопровождает подруга. Галя Годман познакомилась с Аленой 5 лет назад. В ответ на вопрос корреспондента NEWSru.co.il о том, как девушки предпочитают проводить время, Галя отвечает: "Выходим посидеть в кафе. Иногда на дискотеки ходим. Но не каждый раз нас пропускает "фейс контроль". Алена не может носить каблуки, может ходить только в кроссовках. В клуб Flash (дискотека на набережной, неподалеку от Дольфи – 
Прим. ред.) нас пару раз нас пустили, а потом – нет. Еще был клуб "Ван Гог", куда нас отказывался пропускать охранник, хотя он был "русским", хотя я пыталась ему объяснить... Ведь не каждый день к ним такие люди приходят, как Алена".
 Рассказывают свидетели теракта 
 Участники поминальной церемонии рады присутствию журналистов, но заметно, что каждое интервью им дается с большим трудом.
 В ответ на вопросы о жизни и планах 
Таня Вайс, также получившая ранения у "Дольфи", отвечает немногословно: "Работаю… Пока не учусь, но планирую. Куда конкретно пойду учиться – еще не знаю. Жизнь покажет".
 Фаик Кулиев, выпускник школы "Шевах Мофет", также согласился на разговор с корреспондентом нашей редакции.
 Расскажи, пожалуйста, о себе. 
 Я приехал из Азербайджана в 15 лет. Теперь мне 25,5. Работаю младшим инженером. Немного занимаюсь музыкой, но пока только дома. Мне хотелось бы быть ди-джеем на радио или звукорежиссером, но пока не получается.
 Ты сам пишешь музыку? 
 Да.
 В каком стиле? 
 "Электро".
 Где ты учился после школы? 
 По образованию я специалист по работе со звуком. Очень люблю все, что с этим связано.
 Ты служил в армии? 
 Я не пошел в армию. Вернее, меня освободили. Из-за проблем со здоровьем после теракта. В принципе, здоровье улучшается. Хотя случается всякие осложнения, которых вообще не ожидал. Но, что поделать… Жалко ребят, которые погибли. Многих я знал лично. Они приехали в страну, которую очень любили.
 Катя Пелина trong>, как и многие другие, отказывается вспоминать день трагедии. О своей жизни после ранения говорит сдержанно: "Все хорошо". Работает в юридической конторе. Собирается пойти учиться. "Пока улучшаю аттестат. Надеюсь поступить на факультет экономики и управления бизнесом. Ведь, говорят, надо двигаться вперед".
 История одного портрета 
 Татьяна Медведенко, мать погибшей 
Марьяны Медведенко, держит портрет дочери: "Абсолютно точное сходство. Словно живая. Только сегодня я получила картину. Художник мне его надписал: "На память последний подарок от художника Михаила Хундашвили. 1 июня 2008 года".
 Художник Михаил Хундашвили рассказал корреспонденту NEWSru.co.il о своей последней работе: "Вот уже много лет я пишу по фотографиям портреты погибших и дарю их родственникам. В своих картинах я пытаюсь передать мечты и стремления человека. Бог создал меня художником, и я хочу делиться своим даром с другими". О Марьяне Медведенко он говорит так: "Она ведь была совсем молодая. Мечтала выучиться, начать работать, создать семью. Я хотел воссоздать ее улыбку – живую улыбку, которая дарит радость".
 После официальной церемонии 
 По окончания официальной церемонии – когда уже убраны специально привезенные на мероприятие флаги, трибуна и микрофоны – у памятника на тель-авивской набережной остаются только те, кого непосредственно коснулась трагедия 2001 года.
 Никто из них не может себе представить, что когда-нибудь старое здание, в котором располагалась дискотека "Дольфи", может быть снесено городскими властями. "Зачем сносить? Это же память", – говорит бабушка погибшей 
Ани Казачковой, Рая Синько. С ней соглашается Надежда Ливанова, Анина тетя.
 "Лучше всего здесь было бы сделать музей памяти погибших. Мы бы предоставили все материалы. Это наши дети, и они очень любили Израиль", – добавляет Ирина Скляник, мать 
Юлии-Яэль, чье имя также высечено на памятнике на набережной.
 "Это здание нельзя сносить полностью, – говорит Глеб Харитонский, бывший в числе раненых в теракте у "Дольфи". – Благоустраивать город и перестраивать набережную можно по-разному. Хотя бы стену, где был вход на дискотеку, надо оставить и оформить ее как мемориал".
 Мало кто знает, что именно перед входом в бывшее помещение дискотеки вот уже семь лет 1 июня, поздно вечером, на тель-авивской набережной всегда происходит еще один памятный ритуал. На этой неофициальной церемонии не слышно речей и не бывает политиков.
 Около 11 часов вечера близкие погибших, свидетели теракта, их ближайшие друзья собираются перед входом в дискотеку, которая является для них неофициальным мемориалом. Они зажигают свечи и приносят цветы.
 Ровно в 23:45 ночную тишину разрезают автомобильные гудки. В течение двух минут в память о погибших звучит сирена. Это – единственный резкий звук, который позволяют себе осиротевшие родители, сдерживавшие крик боли даже в день похорон.

 Материал подготовила Мария Горовец 

 Около стены бывшей дискотеки 'Дольфи'. Поздний вечер 1 июня 2008 года'Дольфи'. 1 июня 2008 годаПосле официальной церемонии. У стены

 

http://www.newsru.co.il/israel/02jun2008/dolfi_222.html

 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.